Книга Крест за Базарджик, страница 2 – Андрей Булычев

— Хорошо бы, – вздохнув, сказал Чанов. – А то тут среди гор скоро ох как несладко будет. Ваше благородие, пойду я пока часовых у склада сменю, а потом и к обеду можно готовиться.

— Меняй, Иван Ильич, – согласился Гончаров. – Ты за командира отделения сейчас, так что смотри сам, этот пост и будет пока за вашим отделением.

— Пошли, хватит чесаться, – толкнув локтем Блохина, буркнул Чанов. – В караул с нарушением формы тебя никак пока не поставишь, значит, будешь ты, Лёнька, за артельных готовщиков у нас.

Двое драгунов, подхватив стоявшие у стены ружья, пошли к двери.

— Ой-ой-ой, какие мы важные, прямо раскомандовался он, – донеслось уже с улицы. – Вот дай человеку власть, вся сущность-то его сразу и раскроется.

— Тимофей Иванович, я, пока спокойно, свожу Янтаря перековать? – спросил мывший в тазу ножницы и какие-то железные приспособы Клушин. – Там на левом заднем копыте подкова немного шатается, да и другие мне не больно уж нравятся. Ранней весной, перед большим походом, на квартировании ведь только их ладили, а с тех пор сколько это по горам пришлось ездить. Кузнец Газар не шибко ещё покамест занят, спешить не будет, значит, хорошо всё сделает. А то потом вдруг команда к выходу поступит, и пол-эскадрона к нему разом ринется. А до Тифлиса непростой ведь переход, тут всякая слабина может бедой обернуться.

— Тоже думаешь, скоро в дорогу? – подняв голову от бумаг, поинтересовался Тимофей.

— Да кто же его знает, – пожав плечами, промолвил многоопытный денщик. – То ведь только лишь большому начальству одному известно. Однако я бы, ваше благородие, поостерёгся. А то вдруг день дадут на сборы, и бегай как ошалелый.

— Так обычно и бывает, – согласился с ним Тимофей. – Сколько нужно за работу, Степанович?

— Есть пока деньги, вашбродь, – отмахнулся Клушин. – У меня ещё три рубля с полтиной серебром и восемь копеек медью в кошеле лежат. Ежели никаких затруднений не случится, должно до рождественской трети этого хватить. В кошелевскую, теперь уже чановскую артель порционные мы отдали, офицерские приварочные нет-нет тоже дают. Хмельное вы с господами вовсе не употребляете, в карты деньги не проигрываете. А на этом завсегда ведь самые траты у их благородий случаются. Так что хватает всего. Может, вам чего прикупить, пока овощ и фрукт копе-ешный? А то ведь холода придут, враз всё подорожает.

— Недоуздок изношенный – три штуки, трок с кольцами – два, поводья – четыре, – бубнил, подбивая подлежащую замене конскую амуницию взвода, Тимофей. – Что говоришь, Степанович? – Он поднял голову от бумаги. – Овощи и фрукты? Да, конечно, покупай, сейчас самое время для них. И как только деньги будут к концу подходить – скажи. У меня ещё остались с прошлой трети, восполню убыль. Так, дальше: потники – три штуки, вальтрап, ага, нет, вальтрап мне точно не дадут списать, он нового образца, тёмно-зелёный. Пусть штопает Ярыгин. Далее: подперсье и пахвы. Так, здесь на черновом списке два комплекта указано, а показывали с износом только один, который Плужин приносил со своего Каштана. А у кого же второй тогда? У Кузнецова? Нужно уточнить…

— Ваше благородие, позвольте?! – забарабанили в дверь.

— Заходи! – крикнул Гончаров, и в открывшийся дверной проём заскочил эскадронный вестовой.