Онлайн книга «Эскадрон, сабли наголо!»
|
Десяток драгун из отделения Сошникова сидел в большой, выделенной под расквартирование, комнате купеческого дома. На столе лежали ломти нарезанных караваев, сыр, мясная нарезка, что-то из зелени. Прикрытые одеялкой томились два больших медных котла. Все вроде были при деле, подшивали мундиры, сбрую и амуниции, чистили оружие, перекладывали с местоа на место нехитрый скарб в суконных чемоданах. И время от времени бросали украдкой взгляд на дверь. — Да что же это за такое! – не выдержав мук ожидания, буркнул Савелий. – Скоро уже варево остынет, а он все бродит где-то! У меня уже в брюхе кишки сигнал «в атаку» трубят! Все сразу зашевелились, с мест послышались ворчание и возгласы. — С унтерами, видать, решил оттрапезничать! — У вахмистра, похоже, все заседают! — Да, может, и с первым эскадроном остался, там же тоже один унтер Аннинскую медаль получил! — А может, его кто из господ офицеров перехватил? – предположил Федот. – Али комендантскому патрулю на глаза попался? Да не-ет, – сам же и ответил на свой вопрос. – Силович, он ведь воробей стреляный, его так просто не возьмешь! Кишка тонка у комендантских супротив Ефима! Снаружи послышался какой-то стук, и уличная дверь распахнулась. На пороге, прижимая к груди объемистый матерчатый узел, стоял отделенный командир. — Что, робяты, небось, сто раз уже меня тут наругали? – окинув артельных товарищей озорным взглядом, произнес весело дядька. – Принимайте гостинцы! – и протянул ношу подскочившему Савелию. – Тихо ты! – рявкнул он, перехватив руками узел. – Аккуратно его неси! А то размахивает он тут, понимаешь! Тама хрупкое все, чего помнешь, а чего вдруг и разобьешь ненароком. Савелий осторожно поднес узел к столу и вместе с Ленькой его развернул. — Ядрена вошь! – ахнул подскочивший к столу Герасим. – Ох ты и несу-ун, Ефим Силович! — Давайте, ребятки, все к столу! – скомандовал Сошников. – Раньше никак не мог. Вот пирог этот слоеный, местный, сыром весь пропитанный, его устал ждать. Как уж такой кличут? – почесал он затылок. – Ачма! Во, точно, ачмой пирог зовут! Все уж вроде как в узел собрали, а он все никак не испечется. Так, тут вот еще немного фруктов, ну и самое главное, – погладил он широкими ладонями два глиняных кувшина. — Дык вроде как маловато на целую-то дюжину да за такую великую награду? – хитро прищурившись, проговорил Осип. – Али у тебя еще чего припрятано за дверью, а, Силович? — Все тут, – с усмешкой ответил Сошников. – Мало ему. Посудины давайте сюда. В каждую из поданных кружек он влил понемногу желтоватого цвета жидкости. — Чего хмуришься? – бросил он сидящему напротив Герасиму. – Думаешь, небось, что скряга твой командир? Что вина для артельных товарищей пожалел? А ну – ка, давай, самый чуток энтого зелья пригуби. Чуто-ок, я тебе говорю! Герасим отхлебнул самую малость из своей кружки и, поперхнувшись, вытаращил глаза. — Чего это такое?! – прокашлявшись, воскликнул он с удивлением. — Того! Вот так вот! То-то же! – проговорил с усмешкой Силович. – Небось, в горле огнем теперь горит? Ну-ну, а я ведь тебе говорил: чуто-ок хлебай, балда ты эдакая! Это хмельное зелье у местных грузин чачей зовется. Делается она, как я слышал, из виноградного жмыха и шибко крепкая получается, аж жуть! Так что нам и этих двух кувшинов за глаза, братцы, на вечер хватит. Бежать за добавкой уж точно не придется. Ну, все! – и поднялся с лавки. – За медаль мы с вами, конечно же, выпьем, – погладил он алый шелковый бант на груди. – А все же поперва надо бы, братцы, ребяток наших помянуть… |