Книга Эскадрон, сабли наголо!, страница 44 – Андрей Булычев

— Не взять нам приступом ее, Силович, в жизни не взять, – негромко произнес едущий рядом с унтером Федот. – Ты вспомни, какие осадные припасы и какие вооружения при Суворове Ляксандре Васильевиче на Дунае у нас были? Одних только шестисаженных лестниц на каждый плутонг по две заготовили! А фашин и крюков? А горы плетней ивовых? А сколько мощных пушек цельными неделями там, в стены, ядрами били? Кто-то через стены по лестницам лез, а ведь какие-то колонны, они ведь и сквозь проделанные ядрами прорехи вовнутрь заходили. А тут что? Полевые пушечки после завтрака пару ядер по крепости выпустили и на ужин еще столько же. Все-е! Какие там прорехи? Какой урон с того огня ханским? Так, как слону дробина, им эти ядра.

— Да-а, даже под Гянджой и то было легче, там хоть лестниц из леса наколотили, а тут… – и Сошников в сердцах махнул рукой. – А хуже того, сказывают, что у нас провиант уже к концу подходит. Две недели тут в осаде стоим, а этому Эривану хоть бы хны! Татары дразнятся, нам караваи со стен по веревке спускают, показывают тем, что у них там во всем избыток, а у нас вон опять порцион сократили.

Впереди, перед поворотом узкой дороги, мелькнули тени. Следующие впереди отряда Тимофей с Ленькой схватились за мушкеты, готовясь уже выстрелить.

— Свои, братцы! – махнул рукой пехотинец с унтерским галуном на воротнике. – Саратовский мушкетерский полк! Ничего при объезде не видели тут эдакого? А то здесь местные по козьим тропам шныряют.

— Да нет, ни местных, ни коз не видать, одни только вы вместо них! – хмыкнул Ленька, поднимая вверх дуло мушкета. – Чего выскочили так живо? Сидели бы среди камней дальше, пока мы не проехали.

— Так караул же, как на глаза-то не показаться? – пожал плечами пехотинец. – Спросит вас их благородие про нас, а вы и скажете ему, что поста на дороге не было. Вот уж он заругает тогда нас!

Сзади показался основной отряд, и Тимофей тронул лошадь с места.

— Ладно, бывайте, братцы, вон уже сюда наши подходят, их смотрите не пугайте, а то там молодые есть, стрельнут еще в вас с перепугу.

Это уже был пятый по счету редут, который объезжали драгуны на оборонительной линии, выставленной князем Цициановым у рек Занг и Аракс. Здесь можно было пару часов передохнуть и потом выходить назад в сторону главного лагеря.

Командовал гарнизоном редута штабс-капитан Цыренов. Он принял рапорт от Сошникова и кивнул на полянку у речки:

— Туда вон стреноженных лошадей отпустите пастись, у реки еще зелень совсем не засохла, вот и пусть ее немного пощиплют. А вы вон передохните с дороги. Ванька, покажи кавалерии, где им в теньке присесть! – приказал он маленькому тщедушному солдату, а сам направился к насыпающему земляной вал отделению. – Трамбуйте, трамбуйте песок плотнее, а сверху его камнями засыпайте, не то все вниз поползет, и тогда все труды насмарку! – крикнул он работающим. – Ануфрий Игнатьевич, а тут уже и корзины можете камнями забивать!

— Суета у вас здесь, все вы чего-то вечно строите, – сказал провожатому Чанов. – Не дает вам тут начальство скучать?

— Да уж, это точно, – вздохнул печально пехотинец, – Семен Петрович, он такой, он завсегда всем дело найдет. Мы тут полусотней нижних чинов словно бы цельный анжинерный батальон на берегу фортеций настроили.