Книга Глазомер! Быстрота! Натиск!, страница 45 – Андрей Булычев

Впереди послышалась заполошная стрельба, а по дороге к колонне егерей подскакал вестовой от дозорных.

— Ваше высокоблагородие, подпоручик Осокин послал к вам доложиться! – крикнул рядовой, спешиваясь. – Впереди казаки с драгунами в бой с турецким заслоном ввязались. Там дорога между двух холмов и рощицы идет. Вот они по два орудия на тех холмиках поставили, а сам путь повозками и всякой всячиной завалили. Их пехота с нашей кавалерией перестрелку ведет, и там, у рощи их конница маячит, но вперед пока что она не лезет. Тот господин полковник драгунский, что к нам на выручку намедни приходил, теперь от нас вспоможения ждет.

Батальон разворачивался в цепи позади спешенных драгун и гарцующих на конях казаков. И те и другие палили в сторону большого завала, из которого по ним постреливали турки.

— Господин полковник, мы сейчас двумя своими ротами оттянем внимание неприятеля на себя, – пояснял командиру драгунского полка свой замысел Алексей, – а две другие мои зайдут на эти холмики с орудиями. Вы, главное, нас всемерно прикройте от конницы, сил ведь для того, чтобы построить плотное каре, у нас не будет, коли прорвутся к егерям всадники, так очень не сладко им в поле придется.

— Хорошо, подполковник, – кивнул командир драгунского полка. – Мы будем прикрывать вашу атаку на дорожный завал, а казаки возьмут на себя те фланги, где вы на холмы полезете. Не переживай, не дадим османской коннице резвиться, вы, главное, их пехоту выбейте.

— Выбьем, не сомневайтесь, Александр Карлович, – улыбнулся Егоров и пошел к егерской цепи.

Каждый из стрелков в зеленых мундирах знал свое дело. Сноровка ведения боя россыпным строем оттачивалась годами. Фузейщики работали парами или тройками при штуцернике, прикрывая друг друга. Две сотни егерей приблизились к завалу, ведя частый огонь. «Хитрая пуля» с выемкой на ее тыльной части позволяла поражать цель уже с трех сотен шагов, а вот с двух она была совсем точной. Турки палили часто и впустую. То один, то другой их солдат падал пораженный среди баррикады из повозок, бревен, мешков с землей и разного хлама. Орудия с холмов били ядрами, но по такой россыпной цели попасть было очень непросто. Командир заслона, осознав всю опасность своего положения, решил бросить в бой свою конницу. Всадники вылетели от рощицы и, настегивая своих коней, подскакали к месту боя.

— Кавалерия по центру! – крикнул Гусев. – Идет рысью прямо на нас!

— Даем залп и все отходим назад за драгун! – скомандовал подполковник.

Цепь егерей окуталась облачками от выстрелов, развернулась и бросилась под защиту своей конницы.

Драгуны ударили в наступающих из своих карабинов и, выхватив сабли, кинулись в сечу.

— Хорошо! Все идет так, как и рассчитывали! – крикнул Милорадовичу Алексей. – Мы вытянули на себя их конницу. Теперь первой и второй роте осталось только лишь взять холмы с пушками без опасности быть вырубленными.

Именно в этот самый момент егеря двух рот, скрытно сосредоточившись у холмов, стремительно преодолели расстояние до рубежей неприятеля и под прикрытием огня отборных стрелков ворвались на них. В короткой рукопашной схватке турки были опрокинуты и, бросив свои укрепления, бежали в сторону Очакова. Развернув отбитые у неприятеля пушки, егеря ударили ядрами по османской баррикаде. Оборона всего укрепрайона у турок начала резко рушиться. Конница неприятеля, теснимая драгунами, развернулась и понеслась вспять. После удара третьего ядра, расколовшего, как орех, огромную арбу, бросили завал и его защитники. Скрыться удалось немногим. Обогнув холм, их секли саблями казаки, а позади накатывали развернутые сотни русских драгун. Половину турок порубили, около четырех сотен сдались в плен.