Книга Гром победы, раздавайся!, страница 76 – Андрей Булычев

— Алексей Петрович, уходите в сторону Бухареста первыми, вы свое сражение здесь уже выиграли, – сказал командиру егерей полковник Леонов. – С вами драгуны Александра Карловича пойдут, а мы здесь с моими казаками видимость присутствия всего нашего арьергарда создадим.

Забрав с собой три десятка раненых и похоронив погибших, полк волкодавов, оседлав оставленных им коней, устремился на север. За его спиной остался последний рубеж русской армии перед Журжи. Около ста верст не дошла она в эту войну до этой крепости.

Через безлюдные улицы Бухареста роты проезжали перед самым рассветом. Лишь кое-где светились в домах обывателей огоньки. Город притих. Власть здесь снова менялась. Пройдет совсем немного времени – и тут опять будут хозяйничать турки.

— Быстрее, быстрее! – поторапливали егерей скачущие рядом кавалеристы. – Зеленые, ну что вы такие неумелые?

— Вы нас тут посрамите, посрамите еще! – лениво отбрехивались трясущиеся в седлах егеря-волкодавы. – Мы на свои ноги привыкли уповать, не то что вы, лентяи! Вам-то что, в седло забрались – и вези вас лошадка куды хошь! А нам-то завсегда на своих двоих надобно ковылять!

Через два дневных перехода от Бухареста на старинный Кишиневский тракт с восточной его стороны выскочила сотня карабинеров.

— Господин полковник, армия визиря заканчивает переправу через Дунай у Браилова, – доложился капитан кавалеристов. – Два наших полка пока там придержали дозоры турок. Но при подходе их основных сил долго они противостоять неприятелю не смогут. У меня приказ от командира – передать вам просьбу как можно скорее проследовать за Серет. Отойдете за реку – тогда и нам будет гораздо проще от турок оторваться.

Следующие двое суток прошли в непрерывной гонке. В начале сентября авангард Третьей дивизии Суворова вслед за своими основными силами наконец пересек реку Серет и пошел дальше на север. Навстречу ему попалась пылящая по дороге колонна австрийцев. Бывшие союзники проходили мимо, таращась друг на друга.

— У-у-у, предатели! – ворчали русские солдаты. – Если бы не вы, дали бы мы туркам прикурить у Журжи! А так вон, обратно к зимним квартирам откатывай!

— Что поделаешь, господа, политика, чтоб ее!.. – чертыхнулся полковник Остен-Дризен. – Я с несколькими офицерами-цесарцами недавно тут переговорил, им и так за все происходящее весьма стыдно. Никак не ожидали они и сами вот такого!

— Ну да-а, два года впустую провоевать, сколько людей при этом потерять, а все зазря! – сплюнул командир Второго донского полка. – Лишь бы и у нас там, – кивнул он наверх, – хватило воли довести сию кампанию до победного конца. А то чего мои казаки в своих станицах будут рассказывать? Как им прикажете вдовам в глаза там глядеть? Для чего они тут с басурманами на саблях вдали от своего дома рубились?

— Наверху воли хватит, – уверенно произнес Егоров. – Не первая эта война с турками и не последняя. Все не зря, господа. С победой казаки вернутся домой. Будь уверен, Богдан Семенович! Немного еще нам осталось, дожать турок нужно!

— Дай-то Бог, Алексей Петрович, чтобы твои слова правдой оказались, – сказал со вздохом казачий полковник. – А то поглядишь вот на такое, – кивнул он на проходящие мимо шеренги цесарцев. – Ладно, я пару эскадронов тут на дороге для наблюдения оставлю. Кто его там знает, вдруг турки шибко обозлятся, узнав, что мы выскользнули из их ловушки, да и следом за нами на север двинут.