Книга Гром победы, раздавайся!, страница 125 – Андрей Булычев

* * *

Топот десятков тысяч ног создавал глухой мерный шум, долетая до лежащих перед валами егерских цепей.

— Идут, штурмовые колонны идут, – пронесся по ним шепот. Защелкали открываемые ружейные замки и взводимые на них курки. Алексей приподнялся и сел на колени, приведя свой штуцер в боевое положение. Вот-вот, уже совсем скоро тут разверзнется ад и погибнут десятки тысяч людей. Позади и немного западнее, в той стороне, где шла третья колонна генерала Мекноба, в небо яркой огненной искрой ушла белая ракета. И тут же темнеющий впереди турецкий вал осветился множеством огней от выстрелов.

Пуля ударила в землю перед Афанасьевым.

— Вот зараза, ждали нас гады! Видать, предупредили их! – крикнул он и навел штуцер на чуть видную в мерцающем свете турецкую пушку. – Гриша, я двоих там вижу, ты давай левого бей, а я – правого! – и выжал спусковую скобу.

Отборные стрелки и штуцерники егерей заставили замолчать орудия турок, и подходящие колонны Свято-Николаевского гренадерского и Полоцкого пехотного полков встретил лишь ружейный огонь. Когда пехотинцы подбежали ко рву, ожило два орудия, которые ударили картечью и сразу же замолчали. Работные команды полков закидывали глубокий ров связками веток, фашинами и бревнами. Вот они установили одну, вторую, третью лестницы, и по ним в глубокий ров начали карабкаться первые плутонги пехоты, а затем и спешенные казачьи сотни. Егеря выцеливали видимые им поверх вала силуэты турок и разили неприятеля из своих ружей. Девять колонн русского осадного войска пошли разом со всех сторон на штурм внешнего вала.

На северной стороне крепости глубина рва и высота вала была таковы, что солдатам приходилось связывать по две шестисаженные лестницы, оказавшиеся короткими! Еще большие трудности испытывали две колонны казаков. Из Бендерских ворот вдоль лощины неожиданно выскочила толпа янычар и бросилась на них с намереньем уничтожить, а потом ударить по егерям и пехотинцам. Бой был неравный, казаки имели на вооружении в основном лишь одни пики и несли большие потери. Почувствовав, что берут на этом участке верх, турки усилили яростный натиск и заставили их попятиться назад. Наступил самый критический момент боя на всем северном участке русского наступления.

— Второй батальон, за мной! – скомандовал Алексей, выхватывая из ножен георгиевскую саблю. – Остальным поддерживать и дальше атаку вала!

Четыре сотни егерей и две роты Полоцкого полка спешили на помощь казакам. Еще пять-семь минут – и турки сами окажутся в западне при ударе им во фланг. Но этих пяти минут сейчас не было. Среди казаков, теснимых противником, начиналась паника, еще немного – и они бросятся прочь от янычарских ятаганов!

Положение спас полковой священник егерей отец Валентин. Он, оказавшийся поблизости с тыловой командой, поднял над головой крест и пошел навстречу толпе янычар. Скуфья слетела с его головы. Худенький, со всклоченной бородкой, в своей черной рясе и с развевающимися седыми волосами, батюшка шел с молитвой на клинки турок. Произошло чудо: казаки остановились, воспрянули духом и, развернувшись, ударили всей своей массой по янычарам. Их поддержали пять десятков егерей из тыловой службы, а во фланг туркам уже заходил второй батальон особого полка с пехотными ротами.