Книга Развод в 44. Вот и сказке конец..., страница 4 – Ольга Тимофеева

— Мау, - о мою ногу трется наш кот. Как защитник мой.

Я беру его на руки и поглаживаю.

— Ты погрязла уже в этих домашних делах, в этих сериалах, цветах своих.

— А тебе энциклопедия нужна рядом?

— Да я тебя никуда с собой взять не могу даже, ты о чем там говорить будешь?

Это кто-то из его помощниц, значит. Он правда говорил, что менял штат, что у него новые сотрудницы, но я после стольких лет брака и подумать не могла, что он решится все разрушить.

Получается это все одной только мне надо. Дом наш огромный, уют, да все. Все, ради чего жила я, надо было только мне.

— Как ты мог? Мы столько лет вместе.…

— Какая разница, сколько вместе… Связаны, что ли, навечно?

— Теперь уже нет. Ты уедешь и оставишь мне дом или мне собирать свои вещи?

— Зачем? Это наш с тобой дом. Я разводиться не собираюсь. Твое присутствие тут мне не мешает.

— А пять минут назад ты говорил, что тут со мной болото, но сейчас уже не мешаю?

— Люд, давай без драм. Спокойно поговорим. Вот мы с тобой живем. Тебе что-то не нравится во мне, мне что-то в тебе. Я нашел, чем компенсировать то, что в тебе мне не нравится. Оставайся тут, занимайся, чем хочешь.

— Ты думаешь, я соглашусь на это? Буду жить с тобой, зная, что у тебя есть любовница? Что ты спишь с кем-то, а потом приносишь свой… ко мне. То есть она там будет тебя ублажать, вести умные беседы, а я буду обстирывать дальше, кормить и поливать твой фикус?

— Да.

— Я ухожу, - разворачиваюсь и иду в гардеробную, чтобы собрать вещи.

— Дура! - за спиной. - Никуда ты не уйдешь! - догоняет меня и хватает за локоть.

— Уйду.

— Уйдешь и я перестану переводить деньги на тот счет, о котором ты хочешь забыть.

— Какой ты мелочный! Для тебя это копейки!

— Может, если бы ты ценила то, что я эти копейки зарабатываю для тебя в том числе, все было бы по-другому.

Не ценила? Слова пощечиной летят в меня. Больной, колючей, обжигающей.

— Я не ценила, а она ценит, значит?

— Что ты на других смотришь, - бормочет он с насмешкой, - ты на себя смотри.

Опускаю как по команде голову вниз. Удобный спортивный костюм, носочки белые, футболка.

— Она уж, конечно, тебя в одном белье встречает.

Разворачиваюсь и иду к гардеробной. Воздух вокруг становится густым, словно кисель - шаги не даются легко. Приходится напрячь мышцы, чтобы достать чемодан.

— Она ценит и видит во мне мужчину.

Сердце словно сжимается ржавой пружиной, куда-то в солнечное сплетение впивается холодная игла.

— Она ценит и видит в тебе мешок с деньгами. А может, и не в тебе одном.

Надо взять самое необходимое.

— Перестань, - вырывает у меня из рук чемодан. - Я сказал, ты никуда не уйдешь. Развода не будет. Мне так удобно.

— А мне нет, - вырываю руку, - значит, уйду без всего. Пусть это на твоей совести остается.

Иду в коридор и накидываю пальто.

— Если ты думаешь, что я буду жить при таком раскладе, то ошибаешься. Не буду. И обслуживать тебя после нее я тоже больше не буду.

— Ты сколько времени не знала ничего, и нормально жила. Ничего не меняется.

— Вот тут меняется, - касаюсь груди в области сердца. - Вот тут.

— Люд, послушай, ты сейчас на эмоциях, не можешь думать рационально. Тебе некуда идти, тебе не на что жить, у тебя нет работы. Ничего. Потому что я обеспечивал тебя и нас всем. И я правда за тебя, дуру, волнуюсь. Давай ты сейчас не будешь горячиться, уходить куда-то. Подумаешь до завтра. Если хочешь уеду я. Но ты обещай, что останешься тут.