Книга Нам (не) по пути, страница 105 – Мара Евгеника

Первая встреча проходит успешно и завершается заключением договора, ранее подготовленного моими юристами.

По дороге на вторую ставлю перед собой задачу, все дела бизнеса завершить в течение рабочего дня, чтобы потом вечер и ночь без дерганий провести рядом с моей сладкой Варюшей и своим малышом.

После обеда с просьбой срочно приехать в обозначенное время мне звонит Самара. По голосу "друга" понимаю, разговор будет непростым и быстро не завершится.

Ощущая себя козлом на веревке, чертыхаясь пятиэтажными через слово, отправляю Колибри сообщение о переносе нашей встречи на завтра. Ответа никакого не получаю, потому во взвинченном состоянии направляюсь на стрелку к Самаре.

Работаю с Самарским я уже много лет. У нас с ним есть общий бизнес и другие вопросы.

Мои отношения с Самой больше напоминают "гордиев узел", чем взаимовыгодное сотрудничество партнёров.

Еще задолго до встречи с Варварой в моей голове созрел план выхода из этого душащего меня взаимодействия.

Вновь открывшиеся обстоятельства, беременность Вари в том числе, заставляют меня прямо с колес продумывать дополнительные варианты разрыва отношений с Самарским.

План, задуманный мной давно, сегодня одной короткой встречей, как разбивающим шаром в бильярде, я легким, но четким движением запускаю в действие.

Самара до определённого времени должен находиться в полном неведении, потому, ломая и отодвигая свои личные вопросы на потом, еду к нему.

К счастью, наше обсуждение много времени не занимает, но, оценив ситуацию, понимаю, минимум в течение дней трех буду плотно занят. О чем где-то в обед и сообщаю Варюше.

На вторые сутки после встречи с Самарой буквально метров за пятьсот до поворота в сторону клуба моего боевого друга Олега Коршунова, где у нас с ним забита стрелка, меня прижимают к обочине три тачки служителей закона. Выйдя из машины по требованию блюстителей, тут же после "нежного" движения одного из парней в балаклаве падаю мордой в асфальт.

Дальше отделение. Традиционное ментовское: "Расскажешь правду сам добровольно или придется просить твои почки и печень оказать нам помощь?!"

После моего искреннего удивления идёт отработка воспитательного момента из разряда "усе будет чинно и благородно без синяков и ссадин". Затем по сценарию ИВС на 72 часа.

В течение месяца меня неоднократно перекидывают из ИВС в СИЗО и обратно.

Итогом моего месячного хождения по изоляторам становятся отбитая печень, два сломанных ребра, накопленная злость, желание разобраться с тем пидором, из-за которого я бездарно потратил так много времени своей жизни и профукал любимую женщину.

На выходе из крайне неприятного для любого нормального человека места меня встречает мой боевой братан Коршун.

Уже дважды благодаря усилиям его адвокатов мне удаётся выплыть из дерьма, в которое меня макает, какой-то невидимый мне кукловод.

В этот раз твердо решаю найти этого еблана и лёгким движением, лишь дернув его шею, успокоить уебка навсегда.

— Ты занимаешься вычислением аспида этого, Зуб? Если помощь нужна, говори. Знаешь же, мы с тобой одной крови, — уже утром за чашкой ароматного чая выдаёт Олег.

— Братан, я этого чмыря обязательно найду и глотку ему перегрызу. Только не сейчас. Пусть гнида успокоится, видя, что Зуб ничего не ищет и не копает. Со временем муть уляжется и станет точно понятно, где собака порыта. Кто из моего окружения эта мразина. Да, и, вообще, неожиданно могут всплыть совершенно новые обстоятельства.