Книга Александр: линии судьбы, страница 100 – Кристина Ният

— Ты заступился за меня? Нет, Ветров, ты про меня вообще забыл. Ты смаковал этот момент из-за себя, используя подходящий случай навредить человеку!

— Он к тебе приставал, я что, должен был стоять и смотреть?

— Ты мужчина, ты должен был решить вопрос, а ты усугубил. Ты прибавляешь проблем, и я не такого человека ждала. Мне нужен тот, кто будет меня оберегать. Ты так не умеешь...

Я не знаю, что ей ответить. Не могу понять, отчего так ноет в области сердца. Я одновременно не хочу ее отпускать и в то же время хочу, чтобы она исчезла. Пусть катится к чертям со своими нравоучениями. Она залезла в душу и бесцеремонно начала все коверкать. Я такое не принимаю.

— Береги Кирилла. Он, к сожалению, тебя любит.

Закрыв дверь, Лена ушла, а я... не кинулся ее догонять, испугавшись правды из уст соплячки. Я прождал до глубокой ночи, но она так и не вернулась. Я решил ей позвонить, но ее номер оказался недоступен, и я... поехал ее искать в аэропорт. Я не желал, чтобы она попала в беду, но она улетела в Москву, и я решил, что между нами всё окончено. Точнее, это она приняла решение, а я согласился и поклялся, что больше никогда не взгляну в её сторону.

Я вернулся в отель рано утром. Помятый, небритый и подавленный. Я не помню, чтобы девушка когда-либо позволяла себе так грубо говорить со мной. Черт, я не помню этого, потому что такого никогда не случалось. Все принимали меня таким, какой я есть. Близкие, далекие — неважно, все знали, что у меня такой характер, а эту рыжую сучку что-то не устроило. Ни хуя себе какая высокомерная, а на себя она смотрела? Кто ее примет-то с таким характером и поганным языком? Она оставила меня... Реально оставила. Я приписал ей множество грехов и решил, что наигрался с этой невинной овечкой. Кого она из себя строила? Воспитанницу монастыря? Я ошибся в том, что испытываю к ней нечто большее. Она такая же, как все бабы. Чуть маячит проблема — как они сваливают, сверкая пятками. Я ей много положительного приписал, а выходит — обознался. Ну и дурак. Повелся на ее невинность. Благо вовремя понял, что нам не по пути.

Я увидел Кирилла в вестибюле. Он посмотрел вниз и не предложил мне пожать руку. Я ударил его в плечо.

— Что ты как баба кисляки кидаешь? Забудь вчерашний день и живи дальше.

— Я все прекрасно помню.

Он не выдал меня отцу, хотя я думал, что Киря всё же обратится к нему.

— Где Лена? Я хотел бы с ней поговорить и извиниться.

— Нет Лены. Она съебалась в Москву.

Кирилл пристально смотрит на меня, словно пытаясь проникнуть в самые глубины моей души и определить, говорю ли я правду. В конце концов, он тяжело вздыхает, устав от этого процесса.

— Значит, я оказался неправ. Мне казалось, что её нрав напоминает нашу мать, и поэтому ты с ней связался.

— Ты где-то ударился, что ли? Что несёшь?

Он усмехнулся.

— Я же говорю: оказался неправ. Лена не стала принимать твое дерьмо. Вероятно, это первая женщина, которая смогла увидеть тебя таким, какой ты есть на самом деле.

— Слышь, ты за языком следи.

Кирилл пожал плечами и ушёл на завтрак. На следующий день мы возвратились в Москву, осознавая, что наш отдых был испорчен. Слова рыжей меня преследовали, но я не хотел признать, что эта маленькая выскочка оказалась сильнее меня... Она ушла и вернулась к прежнему укладу, а я не мог перестать думать о ней.