Книга Вера, страница 14 – Рацлава Зарецкая

Денис спокойно ждал. Его грудь часто вздымалась и опускалась, взгляд был направлен в район моих губ. Такой красивый, что я, разглядывая его, забыла, как дышать.

Придя в себя, я взяла руки Дениса в свои, осторожно потянула и положила его ладони себе на грудь. По всему телу в миг побежали мурашки. Денис издал длинный выдох, а затем наклонился и коснулся губами моей ключицы. Жар, который все это время был сосредоточен в моем животе, распространился и на грудь. Я тихо охнула и запустила пальцы в волосы парня.

Прежде чем упасть на диван и утянуть Дениса за собой, я соскочила с его коленей и быстрым и уверенным движением стянула с себя оставшуюся одежду. Не дожидаясь, пока смущение накроет меня стыдливой волной, я вернулась на колени Дениса и как можно плотнее прижалась к парню. Его руки снова легли на мою поясницу и, ощутив лишь мою кожу, замерли.

Склонившись к шее парня, я принялась осыпать ее поцелуями. Руки Дениса все еще неподвижно лежали на моей пояснице, но по бешено бьющемуся сердцу и его напряжению подо мной, я понимала, что он так же возбужден, как и я.

Наконец мне надоела моя поза, и я повалила Дениса на диван. Это его словно оживило, придало уверенности. Он ловко перевернулся и, оказавшись надо мной, взял инициативу в свои руки.

За эту ночь я получила столько удовольствия, сколько не получала за всю свою жизнь. Мое тело было подобно струнному инструменту — чуть задень, и оно отзовется.

В глазах плясали разноцветные огоньки, по телу разлилась приятная усталость, а сердце было переполнено любовью к парню с невидящими темными глазами.

27 декабря, вторник

Сегодня моя смена, но я перепрашиваюсь, потому что Вера решает прогулять занятие. Вместо художественной школы мы гуляем по парку рядом с моим домом. Вера тайно от меня покупает мороженое и начинает тихо его есть. Я догадываюсь, чем она причмокивает после первого нашего поцелуя — губы у девушки холодные и сливочные.

— Горло заболит, — ругаю ее я. Ну, как ругаю, просто говорю, чуть повысив голос. Разве можно ее ругать?

— Не-а, — отрицает Вера. — Я всегда ем мороженое зимой, оно вкуснее в это время года.

Меня передергивает от одного только совместного упоминания зимы и мороженого. На улице холодно, — 18 градусов. Я вышел без шарфа, потому что потерял его — Уголек несколько дней играл с ним, а потом шарф благополучно исчез. Однако, как только встретился с Верой, сразу же получил от нее новый — мягкий, пушистый и пахнущий цитрусом и жасмином, как сама девушка. Выразив надежду, что он не розовый — этот цвет я недолюбливал, — позволил Вере обмотать свою шею ее подарком. Стало намного теплее.

— В это воскресенье ты тоже ужинала с Артуром? — Мне не хочется говорить о ее женихе, но эту проблему надо как-то решать. И чем скорее, тем лучше.

Вера угукает и больше ничего не говорит. Тогда я продолжаю допрос:

— И как все прошло?

— Как и всегда: никак. Ужин по воскресеньям для меня подобен пытке.

Мне хочется спросить у нее, как и когда она планирует расстаться с Артуром, но не могу. После проведенной вместе ночи Вера сказала, что хочет отменить помолвку и свадьбу. Скорее всего, после этого ей придется уйти из семьи, но я заверил девушку, что она может жить со мной.

Идет третья неделя нашего знакомства, а я уже полностью влюблен в Веру и в красках рисую в своем сознании нашу совместную жизнь. Вот только эта фантазия не продолжается дольше нескольких минут, потому что разбивается о стену реальности, в которой у меня нет денег на содержание еще одного человека. Даже в копилку «На зрение» не залезть — там уже давно пусто.