Книга Невеста твоего брата, страница 6 – Ксения Фави

— Ну ты чего, кисуль? — Костя подошел к ней сбоку, обнял и поцеловал в висок.

— И что потом?

— А ничего. Максим еще больше закрылся, ушел в учебу. Да я толком и не помню, я тогда еще маловат был. Саму-то историю знаю больше по последующим разговорам между родителями и родственниками. Но в те времена он действительно потерял свое самообладание. Он то ругался с родителями, то умолял практически со слезами дать им возможность жить своей жизнью. Хотя после того как она уехала, его стычки с матерью и отцом прекратились, может, Макс понял, что уже не было смысла.

Костя примолк, погрузившись в воспоминания, Ирина тоже молчала. Она и раньше понимала, что ее будущие свекры имели далеко не ангельский характер. Но эта история посеяла в ее душе еще большую настороженность и страх. Ведь кто знает, что будет происходить, если они с Костей вдруг решат перейти на более серьезный этап отношений. То, что Ирина не особо пришлась ко двору его родителям, было видно невооруженным взглядом.

Если уж даже Максим не сумел оказать им сопротивление… Хотя, возможно, ее первое впечатление о нем было ошибочным, и он также как Костя заглядывает матери в рот.

Клубника была очищена, и молодые люди, взяв чашку, пошли в дом. На кухне они обнаружили Макса и их с Костей маму, Раису Николаевну. Мужчина отложил прибор и приподнялся из-за стола, чтобы поздороваться с братом. После приветствий и объятий Костя произнес: — Это Ира, моя девушка.

— Очень приятно, — кивнул Максим, окидывая Ирину внимательным взглядом.

— Взаимно, — вежливо ответила та, в свою очередь, рассматривая братьев.

Парни отличались не только внутренне, но и внешне. Схожесть была разве что только в пепельно-русом цвете волос. Даже оттенок глаз различался. Огромные омуты Кости были серыми с небольшими светло-карими вкраплениями. А обладающие почти азиатским прищуром глаза Макса в своей глубине содержали зелень.

Костя был на десять лет моложе, но все же было очевидно, что разница в их телосложениях не возрастная. Младший брат не был хлипким, однако имел достаточно стройное гибкое тело. Максим же был более коренастым. Вероятно даже склонным к полноте, как мать, но об этом можно было только гадать — мужчина явно часто посещал спортзал. О чем говорила его спортивная подтянутость и рельеф мышц.

Ира никогда не заглядывалась на накаченных парней, но по-мужски привлекательной фигурой старшего Леера вдруг залюбовалась. Хотя возможно, дело тут было еще и в его вальяжной, почти кошачьей, манере держаться. От него исходила какая-то подавляющая уверенность, которая с одной стороны немного пугала, а с другой притягивала внимание. Опустившись на стул, Макс на несколько секунд отвернулся к окну, впившись в улицу серьезным взглядом. Его пальцы машинально запустились в отпущенные сверху волнистые волосы, лежащие шапкой, чуть касаясь ушей. Ира засмотрелась на этот жест, отступила назад и буквально подпрыгнула от громкого звука.

Кухня была небольшой, для многолюдных посиделок в доме имелась столовая. Вдоль стен, углом, располагалась темно коричневая, стилизованная под дерево, мебель. И по какой-то причине, с краю, на рабочей поверхности одного из нижних шкафов стояла огромная ваза. Ее и задела девушка. Старинный предмет свалился на бок, а потом и вниз, разлетевшись на куски. Раиса Николаевна отлучалась из помещеньица, но на моменте падения как раз входила, вернувшись.