Книга Прощу твою жестокость, страница 29 – Анастасия Долгих

О том, что натворила Ангелина, думать и рассказывать не хочется. Очищаю чат, в котором висят её непрочитанные сообщения с фотками. Не хочу их видеть. Ник ни в чём не виноват.

Позволяю себе слабо улыбнуться. Из него получится идеальный муж, очень верный. Даже пьяный на другую девушку не полез. Это достойно восхищения. Многие и в трезвом уме, доброй памяти не брезгуют сходить на сторону, а Ник был только моим, хотя отпустила. Ну что он за чудо такое?

Мессенджер забит уведомлениями: от коллег, поклонников, незнакомцев. Возможно, там что-то важное, но сейчас у меня нет сил и настроения, чтобы всё прочесть и ответить. Переключаю телефон на беззвучный режим. Откладываю в сторону.

Когда стиральная машина подаёт сигнал, развешиваю бельё.

Потом иду в душ. Переодеваюсь в ночную сорочку. Прокрадываюсь в комнату и забираюсь под одеяло к Нику, чтобы тоже немного поспать.

Аня

Когда открываю глаза, первое, что вижу — лицо Ника. Он лежит на боку, подперев голову рукой. Смотрит на меня и улыбается той самой улыбкой, от которой обычно уношусь в неприличные фантазии.

— Добрый… вечер? — говорю слегка сонным голосом. Оглядываюсь по сторонам и замечаю, что за окном уже темнеет. — Ты давно так лежишь?

Ник тихо смеётся, и от этого звука по спине пробегает знакомая, приятная дрожь.

— Достаточно долго, чтобы успеть рассмотреть каждую черточку твоего лица. Ты даже во сне невероятно красива.

Его пальцы нежно касаются моей щеки, проводят по линии скулы, спускаются к подбородку. Я прижимаюсь к его ладони, впитываю тепло.

— То же самое могу сказать и о тебе. Уже принял душ и побрился, — приподнимаюсь на локте и провожу рукой по его влажным волосам.

— Угу, — кивает Ник. Перехватывает мою ладонь и целует запястье. — А ещё я много думал.

— И о чём же? — спрашиваю, стараясь скрыть волнение за лёгкой улыбкой.

— О том, что хочу просыпаться так каждый день, — его голос становится тише, — о том, что… — он делает паузу, заглядывая в мои глаза, — хочу тебя поцеловать.

— А почему не поцеловал до сих пор? — спрашиваю, немного робея, но не отвожу взгляд.

— Не хотел будить, — признаётся, наклоняясь ближе.

Подаюсь вперёд, встречая его поцелуй. Сначала сладкий и нежный, а потом — более напористый и жадный, будто оба пытаемся наверстать упущенное время.

Ник отстраняется и с улыбкой сообщает:

— Вот теперь вечер добрый.

Кладу голову ему на плечо. Сейчас для меня существуют только он: его руки, будоражащие прикосновения, надёжные объятия… и это невероятное ощущение, будто всё встало на свои места.

— Предлагаю плавно перевести его в хорошую ночь, — бормочет Никита, поглаживая мою спину.

Скольжу взглядом и замечаю, что вокруг его бёдер… обёрнуто лишь полотенце.

— Есть идеи? — спрашиваю с улыбкой в голосе.

— О, у меня их целый список, — заверяет и проводит кончиком носа вдоль моей скулы, заставляя сердце биться чаще. — Начнём с того, что это полотенце явно лишнее… и не только оно.

Его руки скользят ниже. Пальцы подцепляют край сорочки и медленно тянут ткань вверх. Когда они соприкасаются с моей кожей, почти забываю, как дышать.

— Так нечестно, Ник, — шепчу, пока руки сами тянутся к узлу на полотенце.

— Не тебе говорить о честности, Анют, — Ник ловит и прижимает ладонь к своей щеке. — Не после того как со мной поступила.