Книга Жажда, страница 23 – Анна Котляревская

— Нравится, Алина, – хрипло издает мужчина, возвращая взгляд на мои губы. – Объяснишь?

Мёд подожгли. И хотя натуральный мед не горит, мне это все-таки удалось.

— Ну… – веду пальчиком по его нижней губе. – Мама свою проверку устроила, теперь моя очередь… – облизываю свой палец, которым недавно касалась Демида.

Мужчина ухмыляется, но это не имеет ничего общего с его напряжением.

— Можно спросить, ты хочешь проверить мою выдержку или мое безумие?

Алина

— Зависит от того, что ты готов мне продемонстрировать, Диомед… – я выпускаю пальчик изо рта, закусывая губу. – Это игра, в которой можно проиграть и выиграть одновременно…

Глотает слюну. Замечаю как дергается его кадык. Спускаю бретели бюстгальтера, наблюдая за тем как сладко вздымается его грудь.

— Значит, хочешь начать с игры… – поднимает мой подбородок. —… а не с чувств?

— Я люблю играть, – расставляю ножки. – Или ты меня действительно на звезды пригласил смотреть?

Касаюсь губами его груди, облизывая натянутые мышцы. Пропускаю сквозь себя вибрации, призванные его сердцебиением. Выпускаю стон, хотя совсем этого не планирую…

– А-айлин…

— Как ты назвал меня? – удивляюсь, поднимая на него взгляд. Тот самый, после которого еще ни один мужчина не смог устоять.

— Айлин – это синоним имени Алина на турецком, – объясняет мужчина, хотя я все равно не понимаю, почему он так назвал меня. – Часть имени «Ай» трактуется в двух вариантах… – палец Демида погружается в мой бюстгальтер и начинает вести чувственную дорожку по краю белья. – Как «луна» и «вдохновение», – я запрокидываю голову, чтобы посмотреть на ночное небо и вижу луну над нами. – Вторая часть трактуется как «свет», – он наклоняется к моему уху и шепчет, касаясь уха: – Таким образом, имя может иметь разные значения – «лунный свет», «свет луны», «вдохновленное сияние» и другие.

— Интересно звучит… – хриплю от соблазнительного дыхания. На самом деле очень романтично… – А еще интереснее будет рассмотреть луну под тобой… например, на этом столе, – кладу руку на его пах. Возбужденный. Огромный. Сквозь одежду очень хорошо чувствуется форма… М-м-м…

— Ты – Луна, А-айлин… – сжимает мою грудь. – И я хочу понять, есть ли в тебе природный свет или это всего лишь отражение солнечного сияния…

Обольщает и раздражает одновременно. Сжимаю его член сильнее.

— Нет у Луны природного света, Демид, и ты это очень хорошо знаешь, – почти рычу ему в ухо. – Я не из тех, кто становится чьим-то светом. Хватит искать то, чего не найдешь.

Мужчина отодвигается. Подожженный мед прожигает мое лицо. Берет в руки бокал вина и подносит к моим губам. Я приоткрываю уста и ловлю опьяневший водопад. Несколько капель отбивается от моих губ и текут по шее… ведут красную дорожку к моей груди…

— Значит, игра? – строго переспрашивает Демид.

Молчу, потому что все, что ему нужно, уже есть в моем взгляде. Бокал летит на пол, потому что мужчина резко подхватывает меня на руки. Поднимает так высоко, что моя грудь оказывается на уровне его глаз. Зубы сдирают белье, а язык слизывает винные капли с сосков. Засасывает с рычанием. Ведет голодную дорожку, которая пьянит сильнее крепкого алкоголя. Мои пальцы погружаются в его связанные волосы, коготки сладко царапают кожу.

— Что же ты за вино такое, Алина? – тяжело дышит, добравшись до моих губ.