Книга Бесспорно, твое сердце будет моим, страница 100 – Яна Ланская

Ему срочно пришлось уехать. Извинился перед вами.

Папа хмурится. Лиза издаёт лёгкий неодобрительный звук, и мне становится совсем паршиво.

— Неправильно расставленные приоритеты, — роняет папа, разворачивая салфетку. — Семья,

конечно, важна. Но так покидать девушку и её родителей на мероприятии совсем несолидно.

Я пропускаю этот укол мимо ушей. Весь оставшийся вечер проходит как в тумане. Я механически

ем, улыбаюсь знакомым родителей, киваю. А сама постоянно проверяю телефон под столом.

Ничего. Ни одного сообщения. Игнор. Такое чувство, будто я выпала из его реальности. А вдруг

это гостинг*?

*Гостинг (от англ. ghosting; ghost — «призрак») — резкое прекращение каких-либо отношений

без предупреждения и объяснения возможных причин.

Сомнения грызут изнутри. Сознание настаивает, что виновата именно я. Может, он осознал, что

я не та, и вернулся к Ангелине?

От этой мысли становится физически тошно, и я делаю глоток вина, пытаясь заглушить

зарождающуюся панику.

Основной курс блюд закончился, официанты меняют расстановку, все ожидают десерты, и

атмосфера становится расслабленнее. К папе постоянно подсаживаются знакомые, но у меня

ощущение, что я забыла родной язык. Вроде слова все понимаю, а уловить суть их разговоров не

могу и всячески избегаю затягивания меня в беседу.

— Штейфель! — Кричит папа непривычно радушно и громко для себя, выводя меня из анабиоза.

Я машинально перевожу взгляд и улыбаюсь старому знакомому. Антон Штейфель работал вместе с

папой в Лихтенштейне. Я любила, когда он с семьёй приходил к нам в гости, и поэтому он

навсегда у меня останется кем-то из моей прежней счастливой жизни.

Вместе с ним к нашему столу подходит мужчина. Он ровесник папы, но не могу не отметить, что

он красивый. Даже очень. Густые, стильно уложенные волосы, уверенная осанка, взгляд цвета

сочной зелени. Прямо как у Пети.

Горе-маркетолог внутри меня шепчет: «Маш, возрастная категория твоего канала сойдёт с ума

от такого, сфоткай исподтишка». И тут же муки совести. Я уже совсем сбрендила. Нашла Петю

2.0 для любителей постарше…

— Алексей, позволь представить тебе моего партнёра, — говорит Штейфель отцу. — Николай

Казановский, вице-президент VR-Group. Николай, это Алексей Белашев, генеральный директор

«АФТБ-капитал» и его семья.

Казановский… Я абсолютно беззастенчиво смотрю на мужчину, всматриваюсь в каждую черту, в

зелёные глаза, ищу в них сходство. И нахожу. В форме бровей, в разрезе глаз. Это он. Сто

процентов. Отец Пети.

Такой красивый и такой урод. У меня на физическом уровне начинается к нему неприятие, мы

переглядываемся с папой, в его взгляде вопрос, я киваю, и он всё понимает.

Вот почему Петя сбежал. Дело не во мне. И, аллилуйя, не в Геле. Всё встаёт на свои места, и

меня накрывает волной дикого облегчения, смешанного с новой тревогой. За Петю. Наверняка ему

плохо.

Мужчины обмениваются рукопожатиями, о чём-то болтают, вроде зазывают папу в какой-то проект

и предлагают встретиться, а я смотрю на этого мерзавца, пытаюсь разглядеть в нём хоть толику

совести и еле сдерживаюсь, чтобы всё ему не высказать. Так обидно становится за Петю и его

младших.

— Маша, — как только они, попрощавшись, отходят, папа поворачивается ко мне. — Я правильно

понял, что это Петин папа?