Книга Близкие враги, страница 80 – Наталья Соболевская

— Мам, а который час?

— Четырнадцать двадцать, а что?

— А я вас к которому часу приглашала?

— Ты к двум, но ведь потом Марат звонил, просил приехать на час позже, у него же совещание и всё такое. Доча, а что-то не так?

— Нет, мамуль, всё нормально. Мы с Маратом просто неправильно друг друга поняли. Всё, я вас жду.

Отключив вызов, прикрыла глаза и высказалась, причём вслух:

— Откуда Марат узнал, что сегодня ко мне родители приезжают?

Хоть вопрос и был задан Вселенной, и ответа я не ждала, но, тем не менее, его получила.

— Так я сказала, — послышался голос Нины Васильевны. — Марат такой молодец, обещал, что обязательно выкроит время, чтобы приехать.

Мысленно выругалась, встала со стула, взяла противень с мясом и понесла обратно в духовку, чтобы окончательно не остыло.

— Настасья, Маратик приехал, поторопись, — позвала Нина Васильевна встречать Воронцова, который, по всей видимости, соизволил вернуться пораньше, как и обещал.

— Хвостик, — окликнула я котёнка, но он не обратил на меня никакого внимания, вылетел пулей из кухни. А как же, Марат же вернулся.

— Привет, — ровно через минуту ко мне на кухню с широченной улыбкой заглянул Воронцов. — М-м-м, как вкусно пахнет!

— Что у тебя в руках? — нахмурилась я, увидев у родственника бутылку явно с чем-то крепким и алкогольным.

— Коньяк, — мужчина поднял руку и с гордостью продемонстрировал этикетку. — Он старше меня вдвое. Надеюсь, твой отец оценит.

— Даже не рассчитывай, не оценит, ему, что пять лет выдержки, что сто семьдесят пять — никакой разницы. Зря только потратился.

— И чего мы такие взъерошенные? — похоже, у Марата отличное настроение, светится так, словно ясное солнышко.

— Мог бы и предупредить, что перенёс встречу с родителями на час, — предъявила претензию я и сразу получила ответную.

— Ты тоже могла бы меня предупредить о гостях.

Фраза, сказанная явно с упрёком, заставила виновато потупить взгляд.

— Я посчитала, что тебе сейчас не до развлечений, — оправдалась я заранее заготовленным объяснением, только почему-то, когда произнесла его вслух, оно уже не казалось мне настолько уж убедительным.

— В следующий раз, Настя, я бы предпочёл, чтобы ты позволила мне решать самому. Договорились?

Усмехнулась, причём зло.

— Вот как. А меня ты этого права лишил. Живу там, где угодно тебе, имею право встречаться только с тем, кого ты одобрил, да что там, даже помещение под ресторан и то не могу себе позволить купить без твоего величайшего дозволения. Пересмотрим все эти пункты и…

— Нет, — перебив, резко заявил Воронцов.

Фыркнула и упёрлась кулаками в бока.

— Ты ведь понимаешь, что это как минимум несправедливо?

Кивнув, Марат стащил со стола рулет из баклажана, что не поместился в основную тарелку, и отправил его себе в рот.

— Жизнь, Настёна, вообще несправедливая штука, — плохо выговаривая слова из-за набитого рта, с умным видом принялся Марат философствовать. — Вот, например, я на своей шкуре в этом совсем недавно убедился. Никого не науськивал Руслана травить, а после записки Оксаны все считают именно так. И ни хрена я с этим сделать не могу. Кстати, как твои родители отнеслись к тому, что ты живёшь под одной крышей с братоубийцей?

— Никак. Они не в курсе ситуации.

Воронцов даже жевать резко перестал.

— Почему ты им не рассказала?