Книга Мое так называемое лето, страница 14 – Лада Шведова

— И Сибирь узнает, что надо сделать, чтобы в следующий раз она не ушла.

— Может, для начала перестанешь звать ее Вялой? – Рома перевел на меня взгляд: – Как видишь, тебе еще повезло с Сибирью.

Я продолжала улыбаться, слушая их и не вмешиваясь.

Близнецы так и перебрасывались остротами, из-за которых в Роме включилась неожиданная язвительность и даже сарказм. Тимур поглядывал на меня в явном ожидании вопроса о той самой. Точнее, о Вялой – и отчасти я была на стороне этой девчонки. Трудно проникнуться теплыми чувствами к парню, что годами использует дурацкое прозвище. Наверное, из чувства женской солидарности я вопросов не задавала, отвечая на взгляд Тимура ничего не значащей улыбкой.

Рома сложил пустые тарелки на поднос и поднялся:

— Возьму ключи от пристройки, и мы ее тебе покажем. Отдохнешь с дороги, а вечером с Микаэллой Андреевной все обсудите.

— Да, хорошо. Спасибо.

— Что случилось, Сибирь? – спросил Тимур, как только его брат ушел. – Что-то ты притихла. Втюрилась в меня с первого взгляда и расстроилась, потому что мое сердце занято? Не переживай, со всеми бывает. К тому же у меня есть… немного ухудшенная, но все же копия. Хватай, он не будет против.

— От низкой самооценки ты не умрешь, – покачала я головой.

— Только от разбитого сердца.

Это была какая-то магия, но я снова улыбнулась.

— Наверное, та девчонка и правда особенная.

— О да. Она такая.

— Добро пожаловать в Скворечник! – торжественно заявил Тимур, распахнув передо мной калитку, которую без него я бы в жизни не нашла. Она утопала в листьях дикого винограда, что опутывал забор, часть калитки и перекидывался на решетчатую крышу, устилал ее и создавая плотную тень. Намеков на виноград еще не было, но я представила, как осенью прямо с крыши свисают сочные гроздья.

Дом все еще незнакомой мне баб Миши совсем не походил на сотни новеньких отелей и однотипных гостевых апартаментов, что заполонили побережье. Он выглядел… как дом с историей, с прошлым. И это прошлое читалось, стоило только приглядеться. Когда-то здание было одноэтажным, с широким крыльцом. Потом появилась пристройка справа, веранда слева – все было из разных материалов и построено явно в разное время. Потом надстроили второй этаж из современных панелей, выкрашенных желтым. Вместе со вторым этажом появилась еще одна пристройка – так чудо архитектурной мысли вытянулось почти во всю ширину участка. У каждой пристройки был отдельных вход для удобства отдыхающих.

Но это еще не все.

Скворечником Тимур назвал не сам дом, парень показывал куда-то наверх. Я задрала голову и увидела… скворечник? По-другому очередную пристройку назвать было сложно. Это был третий этаж, но не полноценный, а напоминающий скорее домик на дереве. И туда вела лестница – кованая, крутая и очень узкая. И эта лестница вела даже не к крыльцу или балкону, она упиралась прямо в пол. Стало быть, в Скворечник можно было попасть только через люк в полу.

Я невольно усмехнулась.

Конструкция выглядела ненадежно, странно и впечатляюще. Словно ее создал пьяный мастер, и никто не смог это проконтролировать. Я и близко не могла представить, кто все это придумал.

— Создано по моему проекту, – похвалился Тимур. – Круто, правда?

— Стоило догадаться, что проект твой.

— Мы тогда были мелкими, наши родители бурно и активно разводились. И все лето мы проторчали у баб Миши. Вот она и… отвлекала нас как могла.