Книга Тринадцатая, страница 64 – Клава Юхонька

Придвинув книгу с заклинанием, пальцами левой руки я заземлилась и начала: «Потоки памяти, что смешались нарушая привычное течение жизни Носителя света, пустите нас, позвольте заглянуть в прошлое и разобраться в причинах того, что скрылось за завесой. Мучение догадок разрушает сущность, гасит свет и позволяет тьме главенствовать, не дадим этому случится, рискуя собственными воспоминаниями, которые могут вытеснить прошлое нашего брата».

На поверхности купола зарябили полосы, как на экране старого лампового телевизора. С каждой секундой картинка становилась более четкой. Вот, вижу себя, мы стоим в комнате, и он изливает свой гнев, строя догадки про меня и Мишу, от чего на губах второго, здесь и сейчас поплыла улыбка, но взгляд на меня не перевел, упорно смотрел вперед. Засранец!

Кадры сменялись один за другим, в момент его сияния, мы видели тоннель, путь проложенный в пространстве, я даже ощутила знакомое чувство, такое бывало раньше, когда его братец мерцнул вместе со мной к заливу. Сияние выглядит совсем иначе, там изнутри. Неужели тьма настолько сильно окутывает свет, что даже собственная магия подлежит изменению. Хорошо, что меня пронесло. Одному богу, тьфу, какому богу, одному дьяволу известно, что могла бы накуролесить я, в здравом-то уме с магией не разобралась, а под таким градусом…

Вернулась к трансляции, когда услышала жалобный женский голос. Все то, что происходило дальше, кидало меня из одной стороны эмоционального потока в другую. Мне было ее и жаль, и злилась жутко, но в конце, такой страх укутал теплым одеялом.

Не знаю кто из нас это делал, но мы снова и снова возвращались к фразе: ' Я разолью ее магию по баночкам, буду наслаждаться мощью, что ранее не попадала в коллекцию нашего клана, а как только запасы будут иссякать, я восполню их, и так снова и снова, пока жизненная сила не угаснет в ее теле. После чего верну на растерзание двум наивным братишкам, что не смогли заполучить ее внимание при жизни'.

— Да хватит! — завопила я, вырывая свою руку из крепких оков Марка.

Кровавый купол разлетелся сверкающими снежинками, словно был из обледеневшего стекла. Даже время замедлило свой бег, так показалось мне. Это напомнило историю с зеркалами. Именно так работает сила, я вижу частицы, рассчитывают траекторию движения и ловко лавирую ветром среди них.

Они смотрели на меня, снизу вверх, сидевшие на коленях, словно ожидали приговора. Такие одинаковые, первый раз в жизни я почувствовала нас единым целым. Горе объединяет!

— Ну скажите хоть что-то уже, заглушите мои мысли.

— Да не звени ты, — поднимаясь с колен, отряхнул капельки кровавой жижи Миша. Когда купол лопнул, мы все оказались немного в крапинку. — Брат, ты как? — Его рука неспешно упала на плечо Марка.

— Если честно не очень, все кружится, словно то, что происходило сегодня нагоняет события ночи, перестройка воспоминаний. Память пытается найти место под новые данные.

На него было тошно смотреть, понимание того, что помочь я ему не смогу, выворачивало душу. Руки леденели, а из глаз сочилась струйка слез.

Спустя несколько десятков минут он наконец-то пришел в себя, казалось, что прошла вечность.

Попросил дать ему немного времени и стянув со спинки стула махровое полотенце, пошел в душ, чего и нам бы не помешало.