Книга Тринадцатая, страница 61 – Клава Юхонька

— Погодите, вы знаете кого именно он убил? — Нет, ну я не дура и когда стирала следы на его теле, понимала, что он помечен смертью, но что они вот так легко нашли потерпевшего. Конечно его разрывает сейчас, еще бы к родственникам с извинениями зашли.

— Ага, — напряженно играл языком Миша, поджимая его к небу, от чего брови хмуро сдвигались.

— Иии? Может расскажите? — Звонок, а потом и стук в дверь прервал признание парней. Так назойливо еще никто не тарабанил. — Я сейчас вернусь и вы мне все расскажите, — пригрозив им пальцем побежала вниз, пока не выломали замок.

— Гордей, — удивленно сказала я, увидев на своем крыльце взъерошенного друга, глаза которого были то ли под накуром, то ли красные от слез.

— Господи, Малышка, я так рад, что с тобой все в порядке, — он кинулся меня обнимать, целовать в лоб, макушку, жадно сковывая в свои объятия, перекрывая доступ кислорода.

— Да что с тобой, ты пьяный что ли, — пытаясь освободиться из плена любви и желание меня сожрать.

— Нет, просто увидев ее, я вдруг на секунду подумал, а что если и с тобой что-то произошло, звонил — звонил, и с каждым не отвеченным вызовом паника захлестывала, вынуждая прибавить газку.

— Так, хорошо, раз за рулем, значит не курил и трезвый. Пройдешь?

Гордей ввалился в гостиную молча, было видно, что он нервничает, я даже не знала как к нему подступиться.

— Лиля, ее больше нет, сегодня утром я должен был завезти к ней Чарли, мы ведь улетаем на Кавказ, у нас трип по горам, ну я тебе рассказывал.

— Нет, не рассказывал, и почему Чарли к ней, а не ко мне? Подожди, что вообще значит ее нет, куда она делась? Не пойму ничего.

— Она мертвая, Вика, понимаешь? — На его глазах навернулись слезы, пробежался легкий ветерок, взъерошив мои волосы. Первые парочку вопросов сразу растворились в сознании, не требуя ответа.

Все что он рассказывал дальше шло каким-то эхом, словно сознание пыталось блокировать информацию, отрицая факт того, что девушка, которая неделю назад плавала в моем бассейне, а потом пыталась меня отравить — мертва.

А что если ее убил тот, кто послал за мной, и меня ждет та же участь?

Добравшись до дверей в комнату, все так же молча, пытаясь уловить хоть что-то, я вернула слух только лишь когда Миша завопил имя, мое имя!

Распахнув дверь, и обернувшись на соседа, я уловила мысль, что была вложена в одно слово!

Ну нет, Гордею я доверяю. Он появился в моей жизни задолго до всей этой магической чепухи и если бы в его планах было навредить, возможностей это сделать представлялось куча.

И что бы доказать, что друг не имеет к миру магии никакого отношения, я решила воспользоваться силой амулета, и показать, что он пройдет через барьер, ведь в нем нет ни капли магии, ни хорошей ни плохой.

Опустив ручку двери вниз, я сделала несколько неуверенных шагов вперед и не спеша повернулась назад. Он стоял по ту сторону двери и вопросительно смотрел на меня, словно спрашивая можно ли войти. Но я лишь опустила глаза, избегая немого диалога, ведь пригласить я не могла, иначе проверка не состоится.

— Ты странная, — завалившись на край кровати, подытожил Гордей.

Фух, я, конечно, не сомневалась, но стало легче что ли. Утерла нос Мише, что вещал о моем одиночестве. Вот он, мой друг!

Мы провели с ним несколько часов в разговорах о Лили, о его ретрите и горах. А еще о мерах безопасности, которые следует соблюдать, разумеется мне. Он даже пошутил, что под защитой таких мощных мужиков как мои, бояться за меня не стоит.