Книга Исповедь дьявола, страница 58 – Софи Баунт

— Я не готов снова потерять тебя.

Он произносит это так легко и естественно, что я впадаю в оцепенение, но беру себя в руки и отвечаю:

— Если суждено кого-то потерять, погоня не поможет, а если суждено быть вместе, то любая дорога приведет обратно.

Лео разглядывает меня, и глаза его начинают странно блестеть. Я не могу отвести взгляда от его лица. От подобной близости кружится голова, моя бедная черепушка, которая раскалывается на две части, и одна сторона кричит, что нужно срочно бежать, а другая подстрекает шагнуть вперед…

— Так, может… дорога уже привела тебя обратно? Ко мне.

Он улыбается, и я теряюсь, не в силах отрицать, как сильно я жажду вновь прильнуть к красивым губам, окруженным легкой щетиной, с поцелуем. Проклятье. Лео мое проклятье! Он сводит с ума! Стоит мне увидеть этого самодовольного Шакала, и сердце бьется о ребра, точно сумасшедший узник, мечтая вырваться навстречу тому, кто бесконечно рвет мою жизнь на куски.

Я смотрю на Лео, вспоминая, как он прижал меня своим телом к кровати, как целовал в шею и как его пальцы нежно скользили от затылка до виска, поглаживая кожу под волосами. Не помешай Василий, я бы сдалась. Не выдержала! Тело прекрасно помнит, какое удовольствие Лео умеет доставлять. И я летаю в сладком тумане, не способная мыслить трезво. Отвергнуть Лео? Ха. Когда он прижимает меня к себе и под ладонями его мускулистая грудь? Когда над ухом горячий шепот, в котором обещания невероятных удовольствий?

Проще надеть себе на голову целлофановый пакет и задохнуться, чем сопротивляться этому мужчине.

В коридоре никого нет, кроме нас двоих и пациента, терроризирующего пустой кулер: шатает его, будто вода там появится магическим образом. На парне высокая шляпа. Болотная. Вся в дырках и пятнах.

Прикусив щеку изнутри, я возвращаюсь к прошлой теме:

— В любом случае Василий не заслужил подобного отношения. Он твой отец. Он любит тебя и Еву. Он даже в тюрьме из-за нее отсидел, пытаясь отомстить насильнику, хотя и идиоту понятно, что Василий букашки не обидит.

— Вот именно. Он не смог убить Давида, но сел за покушение. Верх идиотизма.

Лео вкладывает в каждое слово всю скопившуюся горечь и ярость на отца.

Я шиплю в ответ с открытой издевкой:

— О, конечно! Зато ты молодец. Убил его!

Мои упреки сбивают Лео с толку.

— Это было давно. И я не горжусь своим поступком, – оправдывается он с тенью печали. – Если бы мне дали второй шанс, я бы поступил иначе.

— Да? И как же? Поручил бы кому-то другому убить Давида?

— Я…

Мы синхронно поворачиваем голову. Мучитель кулера в шляпе решил постоять в метре от нас, беспардонно подслушивая спор. В его руках только попкорна не хватает. Во взгляде крохотных глаз светится восторженность и пьяный блеск.

— Друг, иди куда шел, а? – сухим раздраженным голосом требует Лео.

— Я не помню, куда шел… – грустит пациент, – можно постоять с вами?

Лео подталкивает парня в спину, прогоняя, и когда тот скрывается в коридорах (но выглядывает из-за угла, точно суслик из норы), адвокат продолжает:

— Давай не будем о прошлом. – Лео делает шаг навстречу, заправляет прядь за мое ухо. – Я хочу начать с чистого листа… нашу дружбу.

— Как мило.

Убираю его руку от своего лица.

— Почему ты так категорична?

— Ты не раз бросал меня, Лео. Знаешь, как люди говорят? Предал однажды, предаст снова.