Книга Исповедь дьявола, страница 305 – Софи Баунт

— К слову о моем отце, – презрительно произношу я, отползая от Иона подальше, – вы смотрели мне в глаза и клялись, что лечите его, а на самом деле вы его ненавидите. Если бы не Элла, он бы так и сходил с ума дальше.

Ион поджимает губы и скребет нос, с иронией выговаривая:

— Виноват. Но сама понимаешь, терпеть не могу твоего папашу.

— Но это не он вас бросил, а моя мама! – рычу я, кидаясь в сторону Иона, точно разъяренный кот. – При чем здесь мой отец? Это был ее выбор!

— Возможно. Но это не значит, что я должен его любить, – Ион сжимает руки на груди и фыркает. – Я пытался вернуть Анну, но эта гнида разноглазая постоянно мне мешала!

Ион ударяет кулаком по своему бедру.

— И ты внушил другому ее любовнику, моему дорогому супругу, что Эрик похитил нашего сына Марка, – вклинивается в разговор Стелла, тихо посмеиваясь. – Эрика ты терпеть не мог, а Льва нет?

— Я знал, что Вальтер все равно убьет Льва Гительсона. – Ион отмахивается. – Он долго планировал его убийство и восхождение тебя на пьедестал, дорогая.

— Вы всегда так поступали, да? – с отвращением уточняю я. – Избавлялись от неугодных вам людей чужими руками, а свои никогда не марали и оставались ни к чему не причастны!

— Сами марают руки только идиоты, девочка, – косится на меня Ион, словно его слова истина в последней инстанции, а я сказала глупость уровня детсадовца. С таинственной улыбкой он убирает мою прядь за ухо, проводит костяшками узловатых пальцев по линии моего подбородка и добавляет: – Я кукловод.

Адриан собирается что-то сказать отцу, но его отвлекают звуки шагов и возгласы во тьме подземных коридоров. В зал заходят двое мужчин. У них завязаны глаза. И ведут их под дулом пистолета. Я уже видела их раньше: на тайном собрании «Затмения» в резиденции. Один из них, мужчина с длинными черными волосами, заплетенными в тугой хвост на затылке, и в красном костюме с воротником, похожим на тот, что носят священники, – это Валентин Линдикрей; а значит, второй, с тростью и татуировкой солнечной системы на лице, – тот самый Вальтер Метревели.

— Обычно в гости приходят с улыбкой, а от вас я что-то не чувствую радости, – издевается Ион. – Ну же, мальчики, веселее! Твоя Стелла жива и почти здорова, Метревели.

Гостям сковывают наручниками запястья за спиной.

— Боишься инвалида? – спокойным тоном интересуется Вальтер. Змей отобрал у него трость. – Я на ногах-то долго стоять не могу, Ион, не то что напасть на кого-то. Мы с тобой оба уже немолоды.

Мужчина окидывает нарочито удивленным взглядом Змея, уносящего его черную трость: с рукоятью в форме темно-бордового шара. На Вальтере была шляпа, но она упала с его головы, когда Тамутис ткнул в нее дулом пистолета. Его черное старое пальто достает почти до пола, а волосы, несмотря на то, что мужчина ровесник Иона, такие же темные, как ткань этого самого пальто, но немного седины его зачесанной гладкой шевелюры все же коснулось.

Не знаю, в том ли дело, что мне известно, кем является этот человек, но, когда Вальтер вошел в зал, энергетика, исходящая от него, заполнила все пространство и будто бы зазвенела в ушах. На его фоне все присутствующие словно уменьшились до размера муравьев. Все, кроме Иона Крецу.

— Ты прав, это бессмысленно, среди вас троих опаснее всех выглядит Стелла, – кривляется Ион. – Но все же доставь мне такое удовольствие, Метревели. Я, знаешь ли, тот еще фетишист. Люблю БДСМ-игры.