Книга Мы сегодня не умрем, приходи завтра, страница 140 – Саммер Холланд

Класс. Я болтаю с врагом своего парня. Неудивительно, что меня не принимают в банду.

— Зачем позвал, Дре? – с обидой спрашиваю я.

— Ты же девушка Феликса Ниббса?

— Ну да.

— Я его тут весь день жду, жопу отсидел. Можешь побыть эсэмэской?

— Кем?

— Ну, передать ему кое-чо. Ты ж нормальная? Шаришь за The Chemical Brothers.

— Смотря что, – напрягаюсь я.

— Скажи, Малик хочет перетереть завтра вечером на поле. Говорит, происходит херня.

— И все?

— Ну да. В эсэмэску влез, – широко улыбается Дре. – Чо, передашь?

— Хорошо, – соглашаюсь я.

— Спасибо! – радостно сияет он и, ухватившись за забор, встает на него ногами. – Пока!

Когда Дре делает сальто назад и приземляется точно между двумя надгробиями, у меня сжимается сердце. Ничего не понимаю, но… Теперь мне будет о чем поговорить с Феликсом. Правда, я не собиралась так рано возвращаться домой и не знаю, как еще с ним связаться… Позвоню из автомата, там, ниже по улице.

Как только я разворачиваюсь, замечаю Ламию, которая закончила работу и вышла на улицу. Она смотрит на меня с вопросом, безмолвно орущим на весь перекресток. Даже до кладбища долетает.

Я перебегаю дорогу и с улыбкой подхожу ближе к Ламии. Вопрос никуда не исчезает: эти агрессивно поднятые брови и сомкнутые в нитку глаза оказываются еще громче голоса.

— Это Дре, он из ямайцев, – объясняю я. – Попросил побыть эсэмэской.

— Ты встречаешься с Феликсом, – шипит Ламия.

— Не поверишь, но я помню.

То, что было у нас утром, забыть невозможно. И надеюсь, даже в будущем, когда внуки наконец сдадут меня в дом престарелых, я буду вспоминать этот оргазм. Потому что он перевернул все мои представления о жизни и подарил надежду на совсем другое будущее.

— Тогда какого черта ты хихикаешь с ямайцем?

— А что мне с ним, драться? Мы на нейтральной территории.

— Не верю, что это приходится объяснять, – хватает меня за локоть Ламия. – Но, если ты встречаешься с лидером одной банды, не нужно болтать с их врагами. Думаешь, Феликс не узнает?

— Надеюсь, что узнает, – улыбаюсь я. – И желательно поскорее, потому что эсэмэску все-таки надо передать.

— Лили!

— Не кричи. Я знаю, мы не друзья, но Дре послали отправить Феликсу сообщение, и он решил это сделать через меня. И нам даже удобнее: покажем, что полезны. Так что хватит злиться.

— А если это подстава?

— А если нет? Я передам все слово в слово. Дальше пусть Феликс решает, он там главный. Пойдем за Люси.

Цветочный находится чуть ниже по улице, перед охотничьим магазином. Люси, одетая в скромное голубое платье – она единственная среди нас их носит, – уже ждет снаружи, и у нее в руках три разных цветка.

— Впервые у нас были одновременно сразу все, – сияет Люси. – Вот, это ты.

Она протягивает мне темную лилию каллу, такую же, какую подарил Феликс на первом свидании. Ламии достается веточка розовой эустомы, а у самой Люси остается скромная белая маргаритка.

— Ты себя совсем не ценишь, – морщится Ламия. – Ты не маргаритка.

— Отстань, – улыбается цветку Люси. – Мы обе стойкие, выносливые и при этом остаемся нежными.

— Ты скорее белая роза.

— Фу, они пошлые и есть у каждой второй невесты. Знаешь, сколько их я перебрала? «Мне нужен красивый букет из белых роз, у меня есть десять фунтов». Что я на десять фунтов соберу? Могу свой средний палец обернуть в красивую бумагу. Самую дорогую и свадебную.