Онлайн книга «Синхронизация»
|
— Твоя бабушка и папа... они были знакомы? — Нет... Нет, думаю, это нечто большее. Скорее отношения матери и сына, чем просто знакомство. Глубокая дружба, обстоятельств зарождения которой я, к сожалению, не знаю… Твоему отцу было почти сорок, а Элизабет (твоей матери) двадцать восемь, они очень любили друг друга и приняли меня как сына, оформили опеку… только что-то тяготило их, что-то, о чём я пока не имел понятия. Лиззи (так её звал Лео) не могла иметь детей, но очень этого хотела, я слышал, как она плачет ночами, и мне было жаль её, ведь именно ей удалось вытащить меня из отчаяния, помочь пережить потери, дать новый дом и семью… Какое же это было счастье для нас троих, когда долгожданный ребёнок всё-таки родился. — Я? — Ты. Мне исполнилось десять, и у меня появилась сестра, которой я никогда не имел. Ровно пять лет я считал тебя сестрой, Нина, а ты меня братом. Мы дружили так, как ни с кем я дружить больше не смог… Как видишь, даже то, что я считал дружбой, таковой на самом деле не являлась, — он замолчал. Нине показалось, что он плачет, но приглушённый свет и наклон головы не позволяли разглядеть эмоций. — Выходит, они погибли, когда ты поступил в школу разведки? — Да. Я как раз сдал последний вступительный экзамен, но не ушёл сразу, а задержался, чтобы переговорить с профессором Томпсоном. Мы вышли и, будто специально, остановились напротив информационного экрана. Никто из нас не успел сказать ни слова, как появилось срочное сообщение о трагедии с фамилией и именами твоих родителей. Исследовательский крейсер «Гаусс» потерпел крушение, крейсер твоего отца... Теперь нам известно, что с ними был и отец Кристины... Нина завороженно слушала его, ощущая, как бьётся сердце, как тянет и сжимается что-то в районе солнечного сплетения и как на ресницах замирают капли слёз. — Мы остались одни, — продолжал Антон, — Я уже был достаточно взрослым и понимал, что теперь встанет решение о новой семье для нас, но мне не хотелось, чтобы ты страдала. Я всей душой пытался защитить тебя, стать опорой и поддержкой в такое нелёгкое время, мне казалось, стипендии школы хватит, чтобы обеспечить нас обоих, но Совет, который почему-то разбирал этот вопрос, отказал мне. Несовершеннолетний курсант не мог быть расквартирован на «Авроре» в отдельном помещении без взрослых, а это могло значить только одно — мне предстояло жить в казармах, а тебе отправиться в приют на Ригель, чего я уж точно не желал. И тут появился Джон Фармер. Его жена, так же, как и твоя мать, не могла иметь детей, но в отличие от милой и доброй Лиззи, Эмилия не старалась что-то для этого сделать, она просто жила и ждала удобного момента. Этим моментом, конечно, оказались мы с тобой… я видел, как загорелись её глаза при взгляде на тебя, и с каким холодным равнодушием она обратилась ко мне. Джон клялся, что возьмут нас обоих, что нас не разлучат, но Эмилия выступила против этого. На её стороне был Командующий, ей благоволил Совет, а я оказался беспомощным ребёнком на фоне всех этих людей. И всё же Фармер уговорил жену встретиться со мной… дал последнюю надежду. — Не говори так… я уже знаю, что у мамы не было выбора… она… — Уже не важно. Встреча прошла плохо… Не буду дословно передавать наш разговор, просто скажу, что Эмилия говорила ужасные вещи обо мне, о моей семье и о фамилии, она словно знала, что именно ранит меня больнее. Мы страшно поругались… Естественно, после такого меня определили в кадетские казармы, тебя к Фармерам. Тот момент, который тебе снился, стал нашей последней встречей. |