Книга Лозоходец, страница 79 – Айлин Лин

Дарья

После того как Егора забрали в тот осенний, пасмурный день, всё пошло наперекосяк. Зерно и овощи отобрали, корову и лошадь свели со двора, кур и тех не оставили. Даша сидела посреди пустой избы, где остались жалкие обломки мебели. Повезло, что никто из соседей на дом не позарился, а то могли и отсюда погнать. Вон как у Евдокии. Они так и жили у кузнеца, а в их избе вольготно устроился пьянчуга Иван, пропивая последнюю мебель, что осталась от хозяев. А жена его стеснялась смотреть людям в глаза, да и соседи общаться с ними перестали. Не бывало ещё в Кривцово, чтобы чужое имущество вот так по подлому заграбастать. Хорошо хоть хату им не спалили, по «доброте душевной». Панас постарался, запугал, что приедут из ГПУ, всё село в ссылку отправят. И верили люди. Слишком сильно ударила по всем новость о том, что забрали Егора. Каждый теперь знал, что и за ним в любой момент могут прийти.

В избу вошёл постаревший на несколько лет свёкор.

— Что, невестушка, одни мы остались. Будем думать, как зиму жить. Дровишки не тронули и то подспорье. Сегодня возьму ребятишек, пойдём в лес, авось орехами разживёмся. Желудей соберём, потолчём на муку. Ещё чего глянем.

— Я с вами, – поднялась женщина и ту же согнулась пополам от резкой боли в животе.

— Что, Дашенька? – подскочил испуганный отец. – Что случилось?

— Больно, – только и смогла ответить она.

Старик подхватил её, помог добраться до матраса, что лежал на полу в углу их с Егором спальни. Кровать забрали. Добротная была, муж сам из дуба мастерил. Женщина, охнув, опустилась на пол, прилегла, укрывшись одеялом.

— Полежи, Дашенька. Отдохни. Может, надо чего? Или к Панасу сбегать, его Яринка травница знатная.

— Пошлите к ней Стёпку, – тихо ответила Даша, – пусть и правда придёт. Беспокоюсь о маленьком. Не к добру эти боли.

— Измаялась ты, а он всё чувствует, – покачал головой отец, – погоди, родная, сейчас мальчишек отправлю.

Старик кликнул со двора детей, послал Стёпку и Самира до Панаса, а сам стал собираться в лес, вместе с Танюшкой и Равилем. Пока они ходят, Яринка в тишине осмотрит Дашу, подскажет, как быть.

На самом деле Иван Кузьмич стремился не только в лес, больше он хотел походить по деревне, поискать работу у соседей, поспрашивать не нужна ли кому помощь. Дарья, если узнает, кинется с ним, а ей сейчас нельзя. Дитё поберечь надо.

Старик запустил пятерню в бороду, дёрнув её от досады. Внуку он был рад, очень, только это и новые расходы, а им самим теперь кормиться нечем.

Мальчишки обернулись быстро, за ними поспешала испуганная Ярина. Что уж они ей наговорили? Женщина заскочила во двор:

— Иван Кузьмич? Что с Дашей?

— Чуть живот прихватило, ты погляди её, пожалуйста.

Ярина облегчённо выдохнула:

— Ну, пострелята, – погрозила кулаком Стёпке с Самиром, те шмыгнули за угол дома, – говорят, мамке совсем плохо, встать не может. Ну я вас, – беззлобно грозилась женщина, заходя в избу.

Дед усмехнулся в бороду и поманил детей к себе:

— Айда, что ли, до ночи надо обернуться.

Мальчишки выскочили из-за угла, к ним подбежали Танюшка и Равиль. Вместе они отправились к лесу.

Старик чуть поотстал от ребятишек:

— Ступайте, у Бормотухи меня дождитесь, мне же к Панасу надо.

Когда детвора ускакала, Иван Кузьмич отправился к старосте.