Книга Лозоходец, страница 128 – Айлин Лин

— Здорово, – приблизившись, протянул широкую ладонь, – эк ты их. Отойдём? Разговор есть.

Мы зашли за лотки, между рядов в закутке стояла небольшая конструкция, напоминающая шатёр. Там на деревянных ящиках сидели ещё трое мужиков. Стоило моему спутнику только цыкнуть, как их точно ветром сдуло.

— Садись, – указал он на один ящик, застеленный драной газетой, сам же приземлился рядом, подняв с земли бидон, – кваску?

— Не откажусь, – меня давно мучила жажда.

Он подал мне холодный напиток, и я с удовольствием напился терпкого кваса, что приятно щекотал пузырьками на языке.

— Видел я, как ты этих двоих раскидал, – начал мужик без предисловий, – меня Матвеем кличут, я тут присматриваю за всем.

— Я Бугай. И что с того? – педставился давним прозвищем, не зная, что от меня понадобилось.

— Бугай? – смерил он меня подозрительным взглядом, – Пусть будет так. Ты драться обучен, сразу приметил. Хочешь деньгу на этом зашибать?

— Каким образом? На рынке?

Матвей визгливо расхохотался:

— Не-е-е, тут своих хватает.

— И где они все были?

Мужик замолчал, точно поперхнувшись:

— Не о том разговор. Так тебе деньги нужны?

— Смотря что делать. На криминал не пойду.

— Брось, – махнул мужик рукой, – всё почти по закону.

— Почти? – напрягся я. – Ты не юли, говори прямо.

— Хорошо. В боях не хочешь поучаствовать?

— Подпольных?

— Люблю смышлёных, – осклабился Матвей, – за один бой трёшка, за победу от пяти рэ.

Это были большие деньги. Рабочие на заводе за месяц получали от восьми до тринадцати рублей.

— Как часто?

— А ты деловой, – довольно кивнул Матвей, – раз в неделю, когда два, не чаще. Ну так что?

Я задумался. Таких денег честным трудом не заработать никогда, а Даше рожать, детишки раздетые, разутые. Скоро маленький будет, ещё расходы. Опять же, хотя бы на участок крохотный наскрести. А вдруг обманут? Или подстава?

— Какие гарантии, что меня после боя не отправят лес валить?

— Резонно, – заметил Матвей, – могу дать задаток, чтобы видел, люди мы серьёзные. Трёшка устроит?

Мне не хотелось опять драться на потеху публике, только перед глазами стояла семья. Придётся рискнуть.

— А мне ты, значит, веришь? – спросил я Матвея. – Вдруг с трёшкой твоей свинчу и поминай как звали.

Тот опять рассмеялся:

— Ни разу не видел человека, кто от денег бежит. Впрочем, – он вдруг резко посерьёзнел, глаза остро блеснули, – догоним. Будь уверен.

— Хорошо. По рукам. Когда первый бой?

Матвей поднялся, панибратски похлопал меня по плечу:

— Люблю серьёзных, всё по делу. Завтра. Найдёшь меня здесь. Подходи к трём часам.

Он достал из кармана засаленную трёшку и протянул мне:

— Держи, как обещал.

Взяв деньги, пожал на прощание руку нового знакомого и пошёл домой, не зная радоваться ли мне или готовиться к новым неприятностям.

Дорога вилась передо мной пыльной серой лентой, а карман жгла данная Матвеем трёшка. Я решил не говорить семье о подпольных боях, они не поймут, и Даша будет волноваться.

По сторонам от меня качали кронами деревья, будто осуждая за поступок, шелестели молодой листвой, шептались за спиной. Земля покрывалась пушистым ковром трав, тут и там зацветали первые одуванчики. Птицы наполняли своими трелями всю округу. А на душе у меня было погано.

— Папка! – Самир заметил меня издалека и побежал навстречу.