Книга Истинная. Ты моя навсегда, страница 79 – Алена Шашкова

Бегу куда глаза глядят. Но кажется, что с каждым шагом туман все больше и больше рассеивается, и вдруг я словно вырываюсь из него, а мои преследователи остаются там.

Резко торможу и оглядываюсь. Действительно, за мной как будто искусственная стена из тумана, который едва колышется из стороны в сторону, а из него на меня смотрят три пары черных глазниц.

Неужели Айлин и Лиса с Симоном все еще там?

«Я их не видел», — приходит мне ответ, а я, рыча, отпрыгиваю в сторону.

«Симон! Ты обалдел каждый раз так пугать? Я же поседею раньше времени!» — пытаюсь успокоиться я.

«Ты и так серебристая, — отвечает кот. — Этот туман плохой. Мертвый. Как та птичка».

Кот забавно фыркает, вспоминая, как он поймал птицу-шпиона.

«Плохой. И он не рассеется с рассветом», — констатирую факт.

Боги! Если бы только был хоть какой-то знак, какой-то намек на то, что делать. Бежать обратно к Керни? Искать Айлин и Лису в тумане?

Я сажусь на землю и оборачиваю своим хвостом лапы. Тепло, удобно. Только нос чешется, а почесать нечем.

Справа слышится тихий мелодичный звон колокольчиков. Поворачиваю голову и вижу, что там, чуть поодаль, стоит тот самый олень, которого я видела во сне. Серебристый, словно светящийся изнутри, с огромными ветвистыми рогами, на которых висят ниточки с маленькими колокольчиками.

«Ты же не… Эй! Эйра! Ты же не побежишь за ним?! — слышу я недоуменное бухтение Симона за спиной. — Ты же… Побежала… Ну тогда погоди меня!»

Олень разворачивается, бьет копытом и устремляется в темноту. Мне. Надо. За ним.

Олень петляет, я едва за ним поспеваю. Все, что вижу в этот момент — серебристое сияние, которое мне служит и компасом, и маяком, и практически смыслом жизни. Чувствую, что язык уже болтается где-то вне моего рта, как у собаки.

Пф! Да я сейчас и похожа на собаку. Только немного дикую.

Мысленный крик и громкий «мяу» стихает где-то за спиной: Симон, привыкший к сытой и спокойной жизни не выдерживает темп и отстает. Стоит мне на секунду отвлечься на эту мысль, как я чуть не теряю оленя. Но я точно знаю, что нельзя.

Я сама просила знак у богов. Оленя упоминал Керни, когда рассказывал, что именно так попал к Айлин. И эта встреча оказалась судьбоносной. Значит, боги подсказывают мне, куда бежать. Боги не ошибаются, даже если нам кажется, что так быть не должно.

Внезапно олень рассыпается снопом серебряных искр, а я остаюсь в полной темноте. И совершенно непонятно где.

Лапы ломит от быстрого бега, подушечки, исколотые жесткими острыми бастылами, зудят и ноют. А мне самой выть хочется. Вот прямо как волку на луну.

Будь я сейчас человеком, я бы легла на спину, раскинув в стороны руки и ноги и просто смотрела в звездное небо. Но я лиса. А превращаться мне нельзя, потому что… Я же буду совсем голая!

Керни, почему тебя сейчас нет рядом? За последнее время я настолько привыкла к его тихой уверенной заботе, что сейчас этого так не хватает!

Прикрываю глаза и понимаю, что меня особенно сильно напрягает: вокруг нет ни звука. Ни сверчка, ни птички, ни шороха травы под порывом ветра. Мертвая тишина. И пахнет… Совсем не степью.

Если бы меня попросили описать или как-то назвать этот запах, я бы сказала, что это запах страха и отчаяния. С прогорклым привкусом зависти.

Распахиваю глаза и понимаю, что различаю силуэты вокруг лучше. Видимо, глаза отдохнули от яркого свечения оленя, и теперь я вижу, что не просто в степи. Теперь меня окружают какие-то руины.