Книга Истинная. Ты моя навсегда, страница 77 – Алена Шашкова

— Ты как? — я касаюсь ее руки.

— Места здесь такие, Эйра, — вздрогнув, отвечает она. — Морок наводят. Самые большие страхи людей поднимают. А их у меня, поверь, немало.

Переплетаю наши пальцы, будто это может помочь как-то. Она благодарно улыбается и чуть сильнее сжимает руку.

Но чем дальше мы идем, тем больше становится понятно, что степь не собирается нас отпускать. Лиса первые два раза, когда мы возвращались в ту же точку, тихо ругалась, списывая на то, что могла ошибиться. А потом уже не выдержала и выдала несколько очень витиеватых фраз так громко, что с земли вдалеке вспорхнула стайка птичек.

— Я не понимаю, какого горгульего зада так получается! — рычит она. — Ну не бывает так! Я уже чуть ли не каждый шаг проверяю! Мы уже должны быть в деревне, а не на этом проклятом месте!

«Согласен с рыжей, — вставляет свои пять медяков Симон. — Мне очень неуютно, будто меня гладят против шерсти. И есть хочется».

Я пожимаю плечами и отпускаю кота на землю — может, хоть мышь какую-то себе найдет, раз мы тут «заперты».

Солнце скатилось почти к самому горизонту, окрашивания в насыщенный розово-оранжевый цвет небосвод и отсвечивая красноватыми бликами на траве. Я плюхаюсь на землю, понимая, что никуда мы уже не попадем.

Пресветлый! Если это все задумка богов, то мы же имеем право хотя бы на какой-то знак! Куда нам идти? Что делать?

— Ночь — время Диких, — вздыхает Айлин. — И нам только надеяться, что мы встретим тех, кто раскаялся в своих поступках…

Лиса ничего не отвечает, только ощупывает свои рукава, потом бедра и в последнюю очередь грудь.

В воздухе висит практически осязаемое ощущение надвигающихся проблем. И мы все это прекрасно понимаем.

Срываю с земли какую-то соломинку и начинаю отрывать от нее по маленькому кусочку, лишь бы чем-то занять свои руки. Как там Керни? Смогли ли они отбиться? Пришли ли какие-то новости о Мару?

Мне не впервой быть на грани, как будто перед прыжком. Когда дальше только неизвестность. Но если раньше это была хоть немного понятная неизвестность: если поймают, то точно казнят. Возможно, после пыток. А вот вариации этого могли быть разные.

То сейчас… Все слишком непредсказуемо. Еще вчера утром я вряд ли подумала бы, что буду сидеть в какой-то степи и переживать за своего мужа.

Солнце скрылось за горизонтом, и по земле тут же пробежал холодный ветерок. А еще… появился шепот. Вызывающий мурашки, заставляющий стыть кровь в жилах.

— Туман, — все, что успела сказать Лиса, прежде чем нас всех накрыло белое вонючее облако, а из него послышался вой и рычание.

Я тут же оказалась на ногах, щиколоткой ощущая, как жмется ко мне Симон. Кот шипит что-то неприличное, что, в общем-то, я с ним полностью разделяю.

— Спина к спине, — командует Лиса, и мы с Айлин тут же слушаемся.

А потом… нас словно рывками растаскивает в разные стороны.

— Айлин! — кричу я в молочный дым, окутывающий меня со всех сторон. — Лиса!

Но все бесполезно. Мой голос будто тонет в тумане, не распространяясь даже на пару шагов. Зато меня окружают сотни звуков. Разных: шипение, кряхтение, жужжание, стон. Чувствую, как холодеют и дрожат пальцы. Даже попытка согреть их своим дыханием не оборачивается успехом.

От запахов к горлу подкатывает противный ком, который я сглатываю и прикрываю нос рукавом. Идти? Оставаться на месте? Что мне теперь делать?