Книга Бывший. Ты только моя, страница 24 – Алена Шашкова

Да, наши амулеты удивительно ярко сияют, отзываясь друг на друга. Но для меня это никогда не было важно. Все, что я когда-либо просила у богов, — это быть счастливой с любимым мужчиной. Я хотела настоящих чувство, а не расчета совместимости.

Ник очень по-доброму, ласково улыбается, согревая меня этой улыбкой. Он сжимает мою кисть, поглаживает большим пальцем мою ладонь, вызывая волну трепета во всем теле.

— Тиолла, тебе понравилась рыба? — внезапно задает вопрос Ник.

Я замолкаю на секунду, пытаясь сообразить, о чем он спрашивает. Его улыбка становится еще шире.

— Какая ты красивая, — Ник касается моей щеки и заглядывает в глаза, а кажется, в самое сердце. — Не могу насмотреться на этот живой огонек в твоих глазах. Мне кажется, если бы ты была драконом, то твой огонь был бы животворящим.

Я распахиваю от неожиданности глаза. Как он мог узнать? Моя семья тщательно скрывает мою силу, потому что на нее уже давно есть “покупатель”. А, значит, вместе с ней и на меня.

— Как бы я хотел, чтобы этот твой внутренний свет никогда не погас. — Ник дотрагивается кончиками пальцев до моей щеки, ведет ими по скуле, а затем подтягивает ближе к себе.

Я оказываюсь непозволительно близко к мужчине, и это смущает. Но в то же время волнует, вызывает внутренний трепет. Дыхание сбивается, когда взгляд Ника падает на мои губы.

Кажется, в этот миг время замирает, а весь мир сужается только до одних нас. До Ника, сильного, властного дракона, и меня, совсем юной маленькой магички из обедневшего рода. Я тону в его глазах, похожих на чистое лазурное небо, согреваюсь теплом, которое они излучают, и доверяю рукам, что крепко держат меня.

Взгляд Ника обжигает, вызывает волну щекочущих мурашек. Мне нестерпимо хочется облизать губы, что я и делаю, а в следующий момент Ник накрывает их нежным, страстным, волнующим поцелуем. Моим первым поцелуем.

Я просыпаюсь в поту и резко вскакиваю на кровати. Этот сон… Он должен быть чем-то светлым и счастливым, но после свадьбы стал моим самым страшным кошмаром. Потому что после ощущения счастья, которое наполняло меня во сне, проснуться в аду казалось еще одним наказанием.

Сползаю с кровати и, как можно тише ступая босыми ногами по мраморному полу, выхожу в гостиную, чтобы налить воды из графина. Но стоит мне сделать шаг за дверь, как меня заставляет вздрогнуть низкий бархатный голос, отдающийся приятной вибрацией в груди.

— Тоже не спится?

Ник стоит спиной ко мне у окна. На фоне светлого от лунного света ночного неба четко видны широкие рельефные плечи: на Нике нет рубашки. Сердце начинает стучать громче и сильнее.

Я собираюсь зайти обратно в комнату, но он окликает меня:

— Ты же что-то хотела? — Ник не поворачивается, продолжая смотреть в окно. — Так сделай это.

Я замираю, не в силах решить, что же мне сделать: вернуться и дождаться, когда он уйдет, или все же выпить воды. Во рту сухо, мне даже сглотнуть тяжело, но…

— Тиолла, — Ник, наконец, поворачивается. — Ты хочешь, чтобы я приказал?

Я опускаю глаза в пол и, стараясь не наткнуться в темноте ни на что из мебели, прохожу к столику. Ощущаю на себе внимательный, изучающий взгляд. Под этим взглядом дрожащими руками наливаю воду, с тихим звоном слегка задевая графином край стакана.