Книга Развод. Я беременна от бывшего, страница 47 – Виолетта Весна

— Не знаю.

Это была правда.

Радость от сердцебиения еще жила во мне. Страх перед Орловыми никуда не делся. Злость на Артема тоже. Но теперь рядом с ней стояло что-то новое.

Не прощение.

Нет.

До прощения было далеко.

Скорее осторожная мысль: а вдруг человек действительно может начать меняться не словами, а выбором?

Телефон завибрировал.

Я посмотрела на экран.

Сообщение от неизвестного номера.

Сердце ухнуло вниз.

Я открыла.

Текст был короткий:

«Не думайте, что победили. В семье Орловых наследников не прячут».

Я показала маме.

Она побледнела еще сильнее.

Через секунду пришло второе сообщение.

«Скоро все узнают, почему вы на самом деле разводились».

Я закрыла глаза.

Кристина.

Или кто-то из окружения Марины.

Или они обе, каждая по-своему.

Не важно.

Важно было другое.

Тайна переставала быть тайной.

А наш ребенок, который еще вчера был только крошечным сердцебиением в темном кабинете УЗИ, уже становился поводом для чужой войны.

Я заблокировала номер.

Потом открыла чат с Артемом и отправила скриншот.

Без комментариев.

Он позвонил сразу.

Я ответила.

— Это не мать, — сказал он вместо приветствия.

— Ты уверен?

— Да.

— Тогда кто?

Пауза.

— Я выясню.

— Артем.

— Что?

Я посмотрела на маму, на снимок в своих руках, на заблокированный номер.

— Не превращай это в охоту. Просто сделай так, чтобы меня оставили в покое.

Он молчал секунду.

Потом сказал:

— Сделаю.

И я впервые не услышала в этом слове приказа.

Я услышала обещание.

Но, положив трубку, все равно заплакала.

Потому что обещания в нашей истории всегда появлялись позже, чем боль.

Утром мое имя оказалось в чужих сообщениях.

Не в газетах. Не на больших новостных сайтах. Не в громком скандале, о котором говорят все.

Хуже.

В закрытых чатах, где люди из круга Орловых любили делать вид, что они выше сплетен, но жили ими охотнее, чем нормальными новостями.

Первой написала Лада.

Я только проснулась, еще не успела умыться, сидела на краю кровати и пыталась понять, чего мне хочется больше: воды, тишины или снова лечь и сделать вид, что день не начался.

Телефон завибрировал.

«Вера, не пугайся. Но мне нужно, чтобы ты увидела это от меня, а не от какой-нибудь доброй души».

К сообщению был прикреплен скриншот.

Я открыла.

Сначала не поняла. Просто набор чужих фраз, чужие имена, аватарки, обрывки обсуждения.

Потом увидела свою фамилию.

«Бывшая жена Орлова беременна».

«Говорят, скрывала до развода, чтобы выбить больше».

«Отказалась от денег официально, а теперь начнется самое интересное».

«Интересно, кто отец на самом деле, если она уже с каким-то архитектором ходит».

«Марина Игоревна в ужасе, конечно. Наследник Орловых в семье Соколовых — звучит как плохая шутка».

Я прочитала один раз.

Потом второй.

На третьем остановилась, потому что буквы начали плыть.

Наследник Орловых в семье Соколовых.

Как будто мой ребенок уже был не ребенком, а вещью, которую кто-то забыл в неправильном доме.

Меня затошнило так резко, что я едва успела добежать до ванной.

Мама услышала, постучала в дверь.

— Вера? Тебе плохо?

Я сполоснула лицо холодной водой, но руки все равно дрожали.

— Сейчас выйду.

— Открывай.

— Мам, подожди.

— Нет.

Я открыла.

Она посмотрела на мое лицо и сразу все поняла не по словам, а по глазам.

— Что случилось?