Книга Развод. Генерал, начинайте с нуля, страница 52 – Виолетта Весна

Я переслала документ моему представителю и попросила проверить, не создает ли возможное примирение основание оспорить платежи. Ответ пришел утром: нет, если обязательства будут прямо закреплены и подписаны добровольно. Юрист предложил не смешивать имущественные переговоры с личными встречами и хранить их переписку раздельно.

Я создала в почте отдельную папку для нотариальных документов. Это было небольшое действие, но оно возвращало порядок туда, где раньше все семейные вопросы лежали в одном общем списке.

На следующий день я выбрала обычный серый костюм, в котором проводила встречи с клиентами. Потом переоделась в брюки и темную блузку. Не хотела идти как на переговоры, но и подбирать одежду ради впечатления не собиралась. В итоге поняла, что уже двадцать минут решаю задачу, которой не существует, и вернула первый вариант.

В половине шестого Лариса заглянула в кабинет.

— Напоминаю только рабочую часть. После встречи присылаешь одну строку: обсуждался конкурс или нет. Личное содержание мне не нужно.

— Даже если он предложит снова жениться?

— Особенно тогда. Я не семейный архив.

— А как подруга?

— Как подруга спрошу после завершения проекта, если сама захочешь рассказать.

Это различие мне понравилось. До развода Андрей был центром стольких моих разговоров, что граница между рабочим, семейным и личным почти исчезла. Теперь я могла сообщить необходимый факт и оставить остальное себе.

К половине седьмого Андрей пришел в кафе раньше меня и занял стол у стены. Он заказал воду, мне ничего. Это было разумно: я могла уйти сразу.

— У тебя двадцать минут, — сказала я, снимая пальто.

— Понимаю.

— Какой вопрос?

Он не начал с длинного вступления.

— Я хочу пригласить тебя на свидание после завершения оценочного этапа. Не обсуждать конкурс, раздел или Ксению. Ужин в месте, которое выберешь ты. Если откажешь, повторять приглашение без твоего сигнала не буду.

Я ожидала именно это и все равно не была готова услышать слово «свидание» от человека, с которым прожила двадцать четыре года. Мы ходили в рестораны, ездили вдвоем, праздновали годовщины. Но в последние годы любую встречу приходилось помещать между его совещаниями и моими проектами. Никто не спрашивал, хотим ли мы познакомиться с человеком, которым стал другой.

— Почему сейчас? — спросила я.

— Потому что мы разведены и я могу пригласить тебя без предположения, что ты обязана согласиться как жена.

— А до завершения конкурса почему не ждешь?

— Я предлагаю дату после закрытия оценок. Спросил сейчас, потому что хочу назвать намерение прямо, а не подбирать имущественный повод для встречи.

— Ты можешь не пройти в финал.

— Могу.

— Можешь получить работу и решить, что изменения больше не нужны.

— Могу вернуться к старым привычкам. Обещание не докажет обратного.

Он отвечал без попытки продать себя. Это делало отказ труднее, но не отменяло причин.

— Нет, — сказала я.

Андрей не отвел взгляд.

— Это окончательное «нет» или «не сейчас»?

— Ты сказал, что не потребуешь объяснений.

— Не потребую. Поэтому предлагаю два варианта ответа. Если окончательное, больше не вернусь к вопросу. Если не сейчас, буду ждать твоего сигнала, но не считать его обещанным.

Я посмотрела на часы. Прошло семь минут.

— Не сейчас.

— Хорошо.

Он сделал глоток воды. Не спросил, сколько ждать, не предложил доказать изменение ужином и не напомнил о письме Чумакову.