Книга Развод с генералом. Месяц под его командованием, страница 126 – Виолетта Весна

— Служебная проверка продолжается. По подписи в П-17 его выводят из подозрения по подделке, но оставляют в части халатного контроля документов. Он сам подал дополнительное объяснение по всем актам с «НордСканом».

— Сам?

— Да. И приложил список случаев, где его могли обойти. С неприятными выводами о собственной работе.

Я опустила взгляд.

— Это на него похоже?

— На прежнего — нет.

Рената села напротив меня.

— Он приходил?

— Нет.

— Позвонить хотел?

— Не знаю.

— Ты ждешь?

Я хотела ответить сразу.

Не смогла.

— Да, — сказала честно.

— Хорошо.

— Хорошо?

— Да. Ждать — не значит сдаваться. Главное, чтобы ты не подменяла ожидание жизнью.

Я посмотрела на новый офис.

На коробки, столы, синий диван, лист «Берег» на стене, Нину у ноутбука, Инессину подпись в папке.

— Не подменяю.

— Вижу.

Рената допила кофе и поднялась.

— Я уеду через полчаса. Нина тоже. А ты не остаешься здесь до ночи.

— Почему?

— Потому что новый этап жизни не обязан начинаться с переработки.

— Какая странная мысль для тебя.

— Я говорю ее другим. Себя это не касается.

Нина ушла первой. Рената задержалась, проверила замок, окна, охранника внизу и мой холодильник, где пока была только бутылка воды и два йогурта.

— Ужас, — сказала она. — Человек открывает программу помощи, но не может помочь себе с ужином.

— Я закажу.

— Не забудь.

— Да.

— И, Таисия.

Я подняла голову.

— Что?

— Если он придет, не превращай разговор в суд. Суд уже был.

— А во что?

— В разговор. Ты же этого хотела.

Она ушла.

Я осталась одна.

Впервые за долгое время — одна не потому, что меня оставили, спрятали или закрыли. Просто одна в своем месте.

Я прошла по комнатам. Выключила лишний свет. Закрыла папку Инессы. Поправила лист с названием «Берег», который чуть отклеился по краю. В кухне включила чайник, но не стала делать чай. Просто слушала, как закипает вода.

Стук в дверь раздался тихо.

Не резкий.

Не служебный.

Я уже знала.

Все равно спросила:

— Кто?

— Мирослав.

Я закрыла глаза на секунду.

Потом открыла дверь.

Он стоял в коридоре без формы.

Темное пальто, простой свитер, усталое лицо. Руки свободны. Ни папки, ни служебного пакета, ни попытки выглядеть человеком, который пришел по делу. Только небольшой бумажный пакет из пекарни на углу.

— Я принес ужин, — сказал он.

Я посмотрела на пакет.

— Рената тебя послала?

— Нет. Но я подозревал, что она была бы за.

— Она проверяет холодильники лучше следователей.

— Знаю.

Он не входил.

Ждал.

Это ожидание больше не было тяжелым. Оно было новым языком, на котором он учился говорить со мной.

— Входи, — сказала я.

Мирослав переступил порог и остановился в пустом офисе. Осмотрел стены, коробки, столы, синий диван, лист «Берег».

— Хорошее название.

— Нина придумала.

— Передай ей, что точное.

— Передам.

Он положил пакет на кухонный стол. Достал два бумажных контейнера, хлеб, салфетки.

— Ты ел? — спросила я.

— Нет.

— Почему?

— Не хотел есть один.

Я посмотрела на него.

Он не исправился. Не спрятал фразу за делом. Просто оставил ее такой.

— Очень рискованный ответ.

— Знаю.

— И честный.

— Да.

Мы сели на кухне нового офиса, за столом, который еще пах свежей сборкой. За окном темнел Ревельск. На стекле отражались наши лица — уже не муж и жена, не генерал и подозреваемая, не спасатель и спасаемая.

Просто мужчина и женщина, которые слишком поздно научились сидеть напротив и говорить.