Книга Развод в 42. Новый директор младше меня, страница 39 – Виолетта Весна

Он прочитал документы медленно. На строке журнала с его учетной записью остановился.

— В марте к моему компьютеру имела доступ помощница.

— У нее была ваша учетная запись? — спросила Елена Сергеевна.

— Иногда мы открывали общую почту. Пароль мог сохраниться.

— Время входа — восемнадцать четырнадцать. По пропускной системе помощница покинула корпус в семнадцать сорок восемь. Вы вышли в девятнадцать двадцать.

Вадим отложил лист.

— Я редактировал протокол. Убрал внутреннюю дискуссию из версии для общей папки, потому что она не относилась к итоговому решению. Производство уже согласовало корректировку.

— Кто именно согласовал? — спросила Раиса.

— На совещании никто не возражал против необходимости выполнить контракт.

— Я возражала против раскроя. Это записано в исходной версии.

— Вы сказали, что ткань можно использовать после корректировки. Корректировку запустили параллельно.

— Я сказала: после повторной пробы и утвержденной карты.

— Срока на это не было.

Я слушала, не вмешиваясь. Техническую картину мы уже установили. Сейчас работодатель выяснял мотив и полномочия. Вадим не отрицал правку, но считал ее редактурой процесса, а запуск — коллективным решением, которое никто не оформил на себя.

Елена Сергеевна задала главный вопрос:

— На каком основании вы изменили зафиксированное возражение должностного лица и перенесли документ в общую папку как итоговый?

— Я отвечал за сохранение договора. Первый поставщик сорвал срок. Если бы мы остановили раскрой, потеряли бы клиента до прихода нового директора. Я убрал формулировки, которые могли быть неверно истолкованы при внешнем доступе.

— Общая папка не была внешней, — сказал Денис.

Вадим посмотрел на него.

— Ты тоже понимал, что без запуска график не сходится.

— Понимал. Но я не менял возражение Раисы Петровны.

— Зато поставил в план нулевое обучение.

— Это отдельная ошибка, — сказала я. — Она есть в карте причин и признана Денисом. Сейчас вопрос о версии протокола.

— Вам удобно разделять ответственность, — отозвался Вадим. — Тогда каждый виноват понемногу, а решение директора остановить заказ выглядит единственно честным.

— Ответственность разделена по действиям. Плохой план Дениса не дает вам права менять чужое возражение. Ваша правка не создала усадку ткани. Оба факта останутся в отчете.

Представитель кадровой службы напомнила, что проверка продолжается и окончательное решение будет принято после письменных объяснений всех участников. Вадиму вручили запрос. Он должен был ответить в установленный срок.

После разговора комиссия рекомендовала временно ограничить его доступ к договору «Магистраль Плюс», общей папке проекта и переговорам с поставщиками. Это не было увольнением и не называлось признанием вины. Пока шла процедура, его функции распределяли между директором по продажам другого направления и финансовой службой.

Илья подписал приказ после заключения юриста. Вадим сдал права доступа администратору и получил перечень материалов, которые мог использовать для объяснения.

— Вы понимаете, что лишаете проект человека, который знает клиента восемь лет? — спросил он Илью.

— Лариса потребовала официальную переписку и технические подтверждения. Эти функции продолжат уполномоченные сотрудники. Вы участвуете в проверке и передаете текущие дела по акту.