Книга Пышка-ассистентка, которую он потерял, страница 43 – Виолетта Весна

Роман неожиданно рассмеялся. Коротко, зло.

— Вот теперь узнаю.

Двери начали закрываться.

За последнюю секунду я увидела, как он оборачивается в сторону переговорной.

Лифт поехал вниз.

Сорок второй этаж.

Сорок первый.

Сороковой.

На двадцать восьмом я наконец перестала держать лицо.

Не заплакала.

Нет.

Слез не было.

Просто мышцы отпустило, и я вдруг почувствовала, как сильно болят плечи. Будто все эти годы я несла на них не расписание Демьяна Волкова, а саму башню “Волков Групп”, стекло за стеклом, этаж за этажом.

На первом этаже охранник Андрей поднял глаза.

— Мила Сергеевна? Вы уже?

Я подошла к стойке.

— Андрей, я оставила пропуск наверху. Меня сегодня не будет.

Он посмотрел на коробку в моих руках.

Понял.

— Вам вызвать машину?

Чуть не рассмеялась.

Сегодня все хотели вызвать мне машину.

— Нет. Спасибо. Я пройдусь.

На улице было холодно и ярко.

Москва жила дальше, как будто меня только что не вынесли из чужой жизни аккуратной управленческой формулировкой. Машины стояли в пробке. У кофейни женщина спорила с бариста из-за сиропа. Курьер матерился в телефон. Кто-то бежал, опаздывая, и едва не сбил меня плечом.

Я отошла от входа в бизнес-центр и подняла голову.

Сорок второй этаж отсюда почти не отличался от других.

Стекло.

Свет.

Чужая высота.

Где-то там на длинном столе лежал мой пропуск.

А рядом сидел Демьян Волков и, возможно, уже понимал, что я ушла не из-за должности.

Не из-за отстранения.

Не из-за Кирилла, Эвелины, совета или фразы про личный мотив.

Я ушла потому, что в момент, когда мне нужно было быть услышанной, он снова выбрал говорить языком компании.

И я наконец выбрала себя.

Телефон завибрировал в кармане.

Сообщение от Таисии:

“Ты где?”

Я посмотрела на стеклянную башню еще раз и напечатала:

“Снаружи”.

Ответ пришел мгновенно:

“Стой там. Еду”.

Я убрала телефон.

Холодный воздух обжег щеки.

И только тогда, стоя у дороги с коробкой личных вещей в руках, я поняла, что действительно больше не работаю у Демьяна Волкова.

Странно.

Мир не рухнул.

Он просто стал моим.

Таисия приехала через двадцать три минуты.

Я все это время стояла у кофейни напротив бизнес-центра и держала коробку с личными вещами так, будто если поставлю ее на землю, окончательно признаю: меня больше нет внутри той стеклянной башни.

На улице было холодно. Не морозно, нет. Просто по-московски неприятно: ветер лез под пальто, пыльная влажность оседала на лице, машины шипели шинами по мокрому асфальту, люди обходили меня, не глядя. Я стояла возле высокого окна кофейни и видела свое отражение: пышная женщина в темном пальто, с собранными волосами, с коробкой в руках, как после плохого сериала про увольнение.

Только в сериалах героини после такого красиво плачут под дождем.

Я не плакала.

Я думала, что у меня в коробке лежит шоколадка, которую я так и не съела, и что она, наверное, уже помялась.

Глупая мысль.

Но мозг иногда выбирает самое мелкое, чтобы не разбирать главное.

Таисия остановилась у обочины на стареньком синем “Фольксвагене”, включила аварийку и выскочила из машины без шапки. Волосы у нее были собраны кое-как, шарф завязан криво, лицо злое.

Очень злое.

— Садись, — сказала она.

— Здесь нельзя стоять.

— Мне сейчас настолько плевать, что даже трогательно.