Книга Развод в прямом эфире. Бывший, выключите камеры, страница 7 – Виолетта Весна

— Обращение запишу я, — сказала я.

— Вместе цифра будет выше.

— Тогда придется обойтись меньшей цифрой.

Он посмотрел на Даниила.

— А вы?

— Мне нечего добавлять к факту развода. О работе скажет договор.

— Прекрасно. Два человека, которые синхронно отказываются от бесплатного продвижения. Лариса, к понедельнику покажешь мне, за что я плачу.

— Покажу план проверки, — поправила она. — Результат появится после проверки.

Выйдя из кабинета, мы не остановились обсуждать победу. Ее не было. Станислав получил возможность контролировать дополнительный бюджет и требовал измеримого результата. Мы сохранили границу, но теперь должны были доказать, что материал стоит дорогого эфирного окна.

Анна повела нас в малую переговорную. На столе уже лежал типовой договор со студией Даниила. Бухгалтер присоединилась по видеосвязи.

— Пакет на четыре недели, — сказала она. — Семьсот восемьдесят тысяч плюс подтвержденные расходы по смете. Аванс тридцать процентов после подписания. Остальное после приемки комплекта.

— Кто принимает? — спросил Даниил.

— Лариса как шеф-редактор, — ответила Анна. — Полина согласует сценарий и свои вопросы, но не может заблокировать оплату из-за творческого или личного конфликта. Если есть спор по объему, его рассматривает редакционный руководитель.

— Исходники?

— Хранятся у холдинга и в защищенной копии вашей студии до завершения возможных претензий. Публикация вне программы запрещена. Доступ к личности источника — по отдельному списку.

Я добавила:

— Любое изменение степени анонимизации согласуется с Евгенией и Анной. Но источник не утверждает наши выводы.

— Это я говорил вчера, — заметил Даниил.

— Вчера говорил. Теперь это должно быть написано.

Он взял карандаш и отметил пункт на полях.

— Согласен.

Мы прошли договор по страницам. Даниил попросил определить, кто оплачивает независимую консультацию источника. Анна включила ее в расходы холдинга без удержания из гонорара студии. Я настояла, чтобы решение об остановке материала могли инициировать режиссер, ведущая, шеф-редактор, юрист или источник в части собственной идентификации. Окончательное редакционное решение оставалось за Ларисой и руководителем редакции.

— Полина, — сказал Даниил, когда бухгалтер отключилась, — источник должен иметь право отозвать согласие на свою запись целиком.

— До какого момента?

— До эфира.

— Если на ее словах построена проверка и все факты подтверждены другими документами, она может запретить использовать голос и изображение. Но не может запретить нам работать с документами клиентов, которые дали отдельное согласие.

— Я говорю о ее записи.

— Тогда так и напишем.

Анна набрала формулировку. Спор занял меньше минуты: общего доверия мы не обсуждали, речь шла о конкретном праве конкретного человека.

К полудню договор ушел на согласование. Лариса собрала рабочую группу: я, Даниил, Анна, Никита и редактор выездов. Тимофея оставили в техническом блоке, но доступ к материалам источника ему не требовался.

— Что у нас есть? — спросила Лариса.

Даниил подключил накопитель к закрытому компьютеру, не связанному с общей редакционной сетью. Анна внесла носитель в журнал.

— Таблица на сто сорок три строки, — сказал он. — Контакты есть в тридцати одной. Номера договоров — не во всех. Двенадцать копий договоров Евгения получила от клиентов, которые обращались в компанию повторно. Семь историй внешне похожи, но мы пока не знаем, кто подписывал документы и куда ушли деньги.