Книга После развода. Бывший работает на меня, страница 58 – Виолетта Весна

В понедельник «Меридиан» перечислил тридцать четыре миллиона триста восемьдесят тысяч рублей: стоимость принятой партии за вычетом штрафа. Деньги поступили на контролируемый счет. Банк видел каждое платежное поручение и заранее согласовал, какая часть идет на комплектующие, налоги, зарплату и обязательный резерв.

В десять утра кредитный комитет начал заседание.

Марина Белова вывела на экран условия реструктуризации. После четырнадцати миллионов от продажи склада основной долг составлял шестьдесят четыре миллиона рублей. Банк предлагал три года, первые три месяца — только проценты, затем равные выплаты основного долга. Ставка оставалась прежней, но завод получал право досрочного погашения без комиссии.

— Контрольные условия, — сказала Марина. — Ежемесячный отчет о денежном потоке, запрет нового залога без согласования, сохранение договора с «Меридианом» и отношение долга к операционной прибыли по кварталам. При нарушении двух последовательных показателей пересматриваем график.

— Условие о договоре нужно уточнить, — ответила я. — Если клиент меняет объем по своей инициативе, это не автоматическое нарушение завода. Предлагаю критерий выручки и наличие замещающих заказов.

Юрист банка внес правку. Соколов согласился с отчетностью холдинга. Мы спорили еще час о резерве на счете и минимальной сумме капитальных расходов. Банк хотел запрещать любые вложения выше миллиона без согласования. Я настаивала на квартальном лимите: иначе обычный ремонт превращался в банковскую процедуру и останавливал производство.

Сошлись на трех миллионах в квартал по утвержденному бюджету, выше — отдельное согласие.

— Вы понимаете, что это не свободное финансирование? — спросил председатель комитета.

— Понимаю. Это долг, который завод обязан выплатить из работы, а не из следующего обещания.

Комитет ушел голосовать. На этот раз мы ждали двадцать минут.

Реструктуризацию одобрили единогласно. Постоянный график вступал в силу после подписания документов на следующий день. Требование о досрочном погашении снималось.

Я позвонила Нине первой.

— Банк одобрил три года, — сказала я. — Условия жесткие, но выполнимые. В ежедневный отчет пока не ставим, до подписания пишем «одобрено комитетом».

— Поняла. Людям скажу на сменном собрании.

— Шестидесятая установка?

— Датчик заменен, отдельный тест идет четырнадцать часов. Отклонений нет.

— Хорошо.

Михаил мне не звонил. Он узнал решение от своего непосредственного руководителя, как и должен был.

После банка я приехала на дисциплинарное заседание по Нечаеву. Павел сидел рядом с адвокатом. Перед ним лежало соглашение о возврате премии и проект прекращения трудового договора.

Оксана зачитала установленные факты: изменение количества, удаление пометки о пилоте, использование технического протокола в другом объеме и направление таблицы технологу как утвержденной. Отдельно назвала ошибки прежнего директора, формы согласования и технологической службы. Павел отвечал только за собственные действия.

— Я не знал, что реле дефектные, — сказал он.

— Комитет это подтверждает, — ответила Оксана. — Вам не вменяют намерение причинить вред или получить деньги от поставщика.

— Тогда за что увольнение?

— Вы предлагаете соглашение сторон сами. Если отказываетесь, комитет рассмотрит взыскание по действующей процедуре. Основание — изменение документа без завершенного технического согласования и недостоверное первое объяснение.