Книга После развода. Бывший работает на меня, страница 50 – Виолетта Весна

Серов нашел нужную версию по номеру шкафа, назвал момент затяжки и показал отметку второго контролера. Юрий не похвалил его, только записал номер и сравнил с электронной системой.

В переговорной мы обсуждали финальную схему испытания. Клиент требовал тридцать шесть часов полной нагрузки, наблюдение последних двенадцати часов, запрет скрытых перезапусков и возможность изолировать одну установку только по заранее утвержденному протоколу.

— Если одна установка отключается из-за внешнего датчика, вы хотите остановить пятьдесят девять исправных? — спросила Нина.

— Я хочу исключить возможность убрать неудобный результат и продолжить, — ответил Юрий.

Михаил вывел матрицу.

— Предлагаем три уровня. Повторение перегрева реле или соединения — остановка всей группы. Отклонение другого компонента до безопасного порога — уведомление и решение общей комиссии. Подтвержденный независимый дефект внешнего датчика — изоляция одной установки без перезапуска остальных, если лаборатория и ваш наблюдатель согласны.

— Кто определяет, что датчик независимый?

— Лаборатория по двум контрольным измерениям. До ее ответа установка остается подключенной, если это безопасно, либо изолируется без зачета результата.

Юрий перечитал схему.

— Любое решение попадает в журнал с временем и участниками?

— Да, — ответила Полякова. — Исходные данные передаются на внешний сервер. Локальная копия сохраняется отдельно.

— Сколько установок предъявляете?

— Шестьдесят, — сказала Нина. — К утру двадцать пятого все будут проверены по картам.

— Принимаем пятьдесят девять, если одна исключена по независимому дефекту?

Юрист «Меридиана» открыл проект соглашения.

— Можем принять фактически прошедшие установки, но штраф по исключенной сохраняется, срок по ней — пять рабочих дней.

— Согласны, — ответила я.

— Полный объем триста единиц поэтапно до конца февраля. За каждый перенос — штраф по графику. Аудит остается до завершения договора.

— Согласны при ограничении общей суммы штрафа, которое уже обсуждали.

Юристы сверили пункт. Лимит сохранялся.

Юрий подписал протокол испытания, но дополнительное соглашение оставил до результата. Он не обязан был превращать готовность обсуждать в договор до того, как оборудование пройдет нагрузку.

— Если тест успешен, подпишем двадцать седьмого, — сказал он. — Первая приемка оформляется актом на фактическое количество.

— Банк просит дополнительное соглашение для реструктуризации, — сказала я.

— Банк получит письмо о нашем намерении подписать при успешном тесте. Риск вашего качества мы заранее на себя не берем.

— Это справедливо.

Он посмотрел на меня внимательнее.

— Вы часто соглашаетесь с неприятными условиями.

— Если они соответствуют фактам. Потом спорю о цене.

Юрий едва заметно улыбнулся.

После его отъезда мы отправили письмо банку. Марина Белова подтвердила: письмо клиента, продажа склада и частичный акт на пятьдесят девять или шестьдесят установок будут достаточны для вынесения трехлетнего графика на кредитный комитет. Решение ожидалось двадцать девятого сентября.

Вечером я прошла участок вместе с Ниной. Из шестидесяти шкафов пятьдесят восемь были готовы к испытанию. На одном меняли поврежденную панель, на другом Полякова вернула карту из-за нечитаемой подписи контролера.