Книга После развода. Бывший работает на меня, страница 49 – Виолетта Весна

Рабочая группа разделилась на четыре стола: производство, техника, качество и деньги. Представитель профсоюза участвовал в графике смен, финансовая служба — в закупках и платежах, юрист — в условиях клиента. Михаил принес схему переделки и положил ее на стол технической группы.

— Это предложение, — сказал он. — Климов проверил, Полякова еще не утверждала контрольные точки.

— Почему последние двенадцать шкафов идут в тест раньше следующих готовых? — спросила Нина.

— Сохраняем серийную последовательность и уменьшаем объем документации.

— Цена перестановки?

— Четыре часа на новые паспорта и согласование с клиентом.

— Цена задержки, если один из двенадцати не готов?

— До суток.

— Тогда готовим перестановку заранее. Не применяем без события, но документы должны быть черновиком.

Михаил записал задачу на себя и Климова. Техническую последовательность сохранили основным вариантом, а перестановку начали готовить как резерв. Решение оставалось условным и видимым.

Я открыла финансовую часть. Завершение сделки по складу назначили на четверг, двадцать пятого сентября. После регистрации покупатель перечислял остаток. Банк получал четырнадцать миллионов в частичное погашение долга, пять миллионов шли в зарплатный резерв, остальное покрывало налоги и часть поставщиков. Задаток засчитывался в цену.

— Почему банку четырнадцать, если долг семьдесят восемь? — спросила Тамара.

— Это условие перехода к трехлетнему графику, — ответила я. — После платежа останется шестьдесят четыре миллиона основного долга. Остальные условия — частичная приемка, первый платеж клиента и ежемесячный контроль.

— Если приемка не проходит?

— Банк не утверждает постоянный график. Деньги от склада все равно уменьшают долг, но завод снова оказывается перед требованием.

— Значит, землю продадим, а нас потом все равно могут закрыть.

— Могут. Поэтому сделка имеет смысл только вместе с контрактом. Отменить ее сейчас нельзя без потери задатка и доверия банка.

Тамара записала условие для своего отчета. Открытость не делала план безопасным. Она показывала, где именно он мог сломаться.

На общем обсуждении я снова представила исправленную модель участка. Не повторяла всю историю ошибки, только назвала решение и основание.

— Рекомендация о передаче сборки подрядчику отозвана, — сказала я. — Участок остается в трехлетнем плане. Данные о сервисе и переделке внесены в модель. Ответственные за исходные цифры указаны в приложении.

— А если «Меридиан» уйдет после первой партии? — спросил Соколов.

— Тогда участок получает сервисную загрузку и малые заказы. Его численность пересматривается вместе со всем заводом, но автоматического закрытия нет.

— Вы создаете себе обязательство на три года.

— Я создаю критерий для следующего решения. Если цифры изменятся, совет увидит причину.

К полудню у плана было сорок семь владельцев. Никто не мог переписать срок незаметно, но и я не могла исправить все клетки лично. Это было условием, которое раньше показалось бы мне потерей контроля.

Юрий Светлов приехал на завод впервые. До этого «Меридиан» присылал инженеров, он участвовал удаленно. Юрий прошел участок в защитной каске, проверил номера реле на трех случайных шкафах и попросил рабочего показать карту переделки без помощи начальника.