Онлайн книга «В разводе. Прости, что сделал больно»
|
Люди спешили к метро, кто-то тащил пакеты, дворник собирал мокрые листья у бордюра. Мир жил дальше, и в этом не было издевки. Скорее напоминание: твоя жизнь тоже еще идет.На кухне она сварила кофе, достала блокнот и начала выписывать все, что уже стало фактом.Продажа студии.Перевод через счет Максима.Новый счет.Подготовка бумаг.Ложные поездки.Сообщения.Попытка давления.Рядом с каждым пунктом — дата, насколько удавалось восстановить.Почерк сначала дрожал, потом выровнялся.Когда все было выписано, Алина вдруг поняла, что это уже не хаос. Страшный, унизительный, болезненный — да. Но не хаос. А значит, с этим можно работать.Около полудня позвонила Нина.— Жива?— Да.— А голос у тебя уже другой.— Какой?— Как у человека, который вместо рыданий начал составлять список.Алина невольно усмехнулась.— Примерно так и есть.— Вот и умница. Слушай, я вечером занята, но ты не сиди одна. Тебе бы поесть где-то, пройтись, сменить картинку.— Сама как-нибудь.— Или не сама.— Не начинай, — сказала Алина, уже понимая, к чему та клонит.Нина тут же хмыкнула:— А я и не про это. Хотя— Нина.— Ладно, молчу. Но если Коршунов предложит еще встретиться по делу — не строй из себя независимую мученицу.После звонка Алина еще немного поработала с бумагами, а к четырем часам пришло сообщение от Артема:«Я нашел одну деталь по вашим выпискам. Лучше показать лично. Удобно встретиться сегодня на полчаса?»Алина посмотрела на экран и почувствовала, как внутри что-то отзывается слишком быстро.Не тревогой.Скорее тихим теплом от самой возможности, что рядом снова будет этот спокойный голос, прямой взгляд, ощущение порядка.Она почти сразу одернула себя.Рано.Не о том думать.Но тело, кажется, уже жило чуть честнее головы.Она ответила:«Да. Где?»«Есть одно тихое место недалеко от набережной. Без лишних людей. Если вам удобно, в 18:30».«Да».К вечеру она долго выбирала, что надеть, и сама на себя разозлилась.Как будто речь шла не о деловой встрече, а о чем-то другом.Наконец выбрала темное пальто, светлый свитер и узкие джинсы. Волосы собрала, потом распустила, потом снова собрала в низкий хвост. Посмотрела на себя в зеркало и резко отвернулась.Глупости.Но в животе все равно жила странная легкая нервозность.Место оказалось небольшим рестораном у воды — не роскошным, а спокойным, почти скрытым от улицы. Негромкая музыка, теплый свет, столики на расстоянии друг от друга, темные деревянные панели, отражение реки в больших окнах.Артем уже был там.Он поднялся, когда она подошла.Сегодня на нем было темно-серое пальто поверх черного джемпера. Без официоза, без деловой маски — и от этого он выглядел еще взрослее, жестче, как-то собраннее телом.— Добрый вечер, — сказал он.— Добрый.Он помог ей снять пальто и отодвинул стул. Все так же без показной галантности. Просто естественно.Алина села и вдруг остро почувствовала, как давно не была рядом с мужчиной, рядом с которым не нужно заранее угадывать, в каком он настроении и чем сегодня может уколоть.— Спасибо, что нашли время, — сказала она.— Здесь это уместнее, чем в переписке.Он положил на стол несколько распечаток.— Я сопоставил даты переводов и одну вещь, которую вы мне присылали вчера.— И?Артем подвинул лист ближе.— Вот этот платеж. Смотрите. Он совпадает по времени не только с движением денег, но и с изменением условий по вашей общей страховке.Алина нахмурилась.— Я не понимаю.— Изначально в пакете были одни параметры. Потом их скорректировали. Формально мелочь, но в таком наборе мелочей иногда и сидит подготовка.— Подготовка к чему?— К тому, чтобы уменьшить ваши будущие возможности спорить о части активов.Он говорил спокойно, но у нее от этих слов похолодели пальцы.— То есть он продумывал все это еще тогда?— Похоже на то.Алина смотрела в бумаги и чувствовала уже знакомую смесь — боль, стыд, злость. Но сегодня в ней появилось еще что-то. Не только разрушение, а движение. Потому что теперь напротив сидел человек, который не позволял ей тонуть в эмоциях без берега.— Вам страшно? — вдруг спросил Артем.Она подняла глаза.Вопрос был задан без сюсюканья. Почти по-деловому. Но от этого прозвучал честнее.— Да, — сказала она после паузы. — Иногда очень.Он кивнул.— Это нормально.Не «не бойтесь».Не «все будет хорошо».Просто — это нормально.И именно это снова успокоило больше любого утешения.К ним подошел официант. Артем коротко заказал чай для нее и черный кофе для себя, не спрашивая лишнего, хочет ли она что-то есть. Как будто чувствовал: сейчас ей не до еды и не до формальностей.Когда официант ушел, Алина сказала:— Знаете, что самое странное?— Что?— Я уже почти перестала удивляться плохому. Будто у этой истории нет дна.Артем переплел пальцы на столе.— Дно есть почти всегда.— И где оно?— Там, где заканчиваются иллюзии.Она невольно усмехнулась.— Очень обнадеживающе.На этот раз он тоже едва заметно улыбнулся.И эта короткая, сдержанная улыбка вдруг изменила его лицо так, что у Алины сбилось дыхание.Не потому, что стало мягче.Потому что в нем на секунду появилось тепло.— Я не за обнадеживанием, Алина, — сказал он. — Я за ясностью.— Я уже поняла.Чай принесли быстро.Алина обхватила ладонями чашку и почувствовала, как от тепла потихоньку отпускают пальцы.За окном медленно темнела вода.Снаружи проходили люди, их силуэты скользили по стеклу и исчезали. Внутри было спокойно, почти камерно. И внезапно она поймала себя на том, что впервые за долгое время не находится в состоянии внутренней обороны.Она просто сидит.Дышит.Слушает.И ей не страшно.Не потому, что жизнь снова стала доброй.А потому, что рядом человек, от которого не нужно защищаться каждую секунду.— О чем задумались? — спросил Артем.Она не сразу ответила.Потому что правда была слишком новая.— О том, что рядом с вами спокойно.Он посмотрел на нее прямо.Не отшутился.Не сделал вид, что не понял.— Это хорошо? — спросил он.— Да.Пауза.— Очень.Он отвел взгляд первым.Всего на секунду, но ей хватило, чтобы почувствовать: сказанное между ними не рассыпалось. Оно осталось.Алина опустила глаза в чай.Ей вдруг стало неловко — не стыдно, а именно неловко от собственной откровенности. Будто после недель боли, грязи и борьбы в ней неожиданно прорезалось что-то живое, чего она сама от себя не ждала.Артем тихо постучал пальцем по одной из распечаток, возвращая разговор к делу.— Я думаю, в ближайшие дни он усилит давление.— Максим?— Да.— Почему?— Потому что вы больше не выглядите потерянной. А это для него опасный сигнал.Она медленно кивнула.Да. |