Книга Двое мужчин. Ни одного рядом, страница 25 – Виолетта Весна

— На переезд хватит.

— Хватит, если не решишь одновременно купить все новое. Столы переезжают с тобой.

Я посмотрела на ее тесный кабинет.

— А ты почему не уходишь из своей фирмы? У тебя частных клиентов уже на половину зарплаты.

Инна усмехнулась.

— Потому что я отлично считаю чужие риски и плохо переношу свои. Но к Новому году уйду. Запиши, чтобы потом предъявить.

— Записала.

Мы просмотрели объявления. Первое подходящее помещение находилось на первом этаже жилого дома у трамвайной линии. Пятьдесят восемь квадратных метров, отдельный вход без ступеней, широкая дверь, но требовался ремонт. Второе было дороже, зато уже с санузлом нужного размера. Я договорилась о просмотрах на субботу.

— Лизе когда скажешь? — спросила Инна.

— Завтра. Сначала покажу цифры и предложу остаться на тех же условиях до конца года.

— А потом?

— Потом посмотрим выручку. Я не могу обещать то, чего пока нет.

— Правильно.

Это слово прозвучало без торжества. Правильное решение не делало переезд бесплатным и не приносило клиентов. Оно всего лишь уменьшало вероятность, что через три месяца я окажусь с красивой мастерской и пустым счетом.

Вечером я вернулась в квартиру и разобрала часть вещей Павла. Не его рубашки или книги — документы, которые лежали в общем шкафу. Я составила список, сфотографировала папки и написала, когда он может забрать копии. Оригиналы на квартиру оставила у себя до согласования с юристами.

Павел ответил через час: «Не надо превращать дом в архив с описью».

Я написала: «Опись нужна, чтобы мы оба знали, где оригиналы».

Он больше не отвечал.

На следующий день Лиза выслушала новости о прекращении договора и возможном переезде, не перебивая.

— Зарплата за октябрь будет? — спросила она.

— Да. Деньги зарезервированы. На ноябрь проекты есть, но поток снизится. Я пойму, если начнешь искать другое место.

— Я уже искала работу, когда салон закрылся за один день. Вы хотя бы говорите заранее. Останусь до декабря, потом решим.

— Договорились.

Мы перераспределили задачи. Лиза занялась базой прямых клиентов и запросила разрешения на рекомендации у тех, с кем работали раньше. Я не просила ее рассылать рекламные сообщения пациентам клиники: их контакты мы получили для конкретных проектов, а не для переманивания.

Первый ответ пришел в тот же день. Мужчина, для которого мы переделывали ванную после эндопротезирования, разрешил оставить его обезличенный отзыв, но просил не публиковать фотографию. Вторая семья отказалась от любых упоминаний. Третья согласилась дать мой номер соседке, которой предстояла операция.

— Медленно, — сказала Лиза, глядя на таблицу.

— Зато каждое согласие настоящее.

— Я не спорю. Просто раньше центр присылал по четыре заявки за неделю.

Это было правдой. Принципиальность не оплачивала аренду, и я не собиралась делать вид, что потеря основного канала продаж принесла облегчение. Мы открыли список специалистов, с которыми работали без посредничества клиники: два невролога, эрготерапевт, прораб, управляющая пансионата и врач, когда-то пригласившая меня на разовую консультацию. Каждому требовалось написать отдельно, напомнить о своей работе и объяснить новый порядок договоров.

Я подготовила первое письмо и удалила фразу о «новом этапе». Она ничего не сообщала. Вместо нее написала, что с ноября принимаю частные заказы напрямую, перечислила четыре услуги и приложила образец заключения без персональных данных.