Книга Развод с драконом. Невеста без права на крылья, страница 66 – Виолетта Весна

— Вы не понимаете, что разрушаете.

— Понимаю. Ваш порядок.

Белая печать вспыхнула так ярко, что Мирена зажмурилась.

— Тогда бегите, — сказал Салкрофт.

— До полудня осталось недолго. Посмотрим, как далеко уйдет женщина без крыльев.

Связь оборвалась.

Свет исчез.

И сразу за ним сверху донесся глухой звук.

Двери.

Механизмы.

Башня закрывала нижние выходы.

Ливия схватила сумку.

— Теперь точно бежим.

Тарвик судорожно собрал последние копии.

— У меня есть семь дел, два письма, список Салкрофта, ваша папка и достаточно оснований для крупного сердечного приступа.

Олден поднял погасший перстень.

— Мой допуск аннулирован. Я не открою решетки обратно.

Мирена посмотрела на свою руку.

Белый знак тоже мерк.

— Мой гаснет.

Все повернулись к Арине.

Она почувствовала браслеты.

Свой.

Северинин.

И все папки вокруг, где женские имена ждали не спасения — хотя бы произнесения.

— Есть другой выход? — спросила она.

Олден кивнул в сторону дальнего прохода.

— Старый подъемник к залу Совета.

Но он ведет наверх.

— К заседанию? — спросил Тарвик.

— Почти.

Ливия нервно рассмеялась.

— То есть вместо побега мы выйдем прямо туда, где нас собираются обвинять?

Арина закрыла свое дело.

Серебряная линия на ее руке вспыхнула спокойным светом.

— Нет, Ливия.

Она взяла папки.

— Мы выйдем туда, где нас наконец услышат.

Старый подъемник оказался не кабинкой, а железной клеткой.

Она стояла в конце узкого каменного коридора, за полукруглой аркой, которую почти полностью закрывали ящики с архивной бумагой. Видимо, ею действительно давно не пользовались. На полу лежала пыль, на решетчатых стенках — серый налет, цепи под потолком проржавели снаружи, но внутри еще держали тусклый след магической смазки. В углу валялась сломанная печатная дощечка с номером старого хранилища.

Ливия посмотрела на подъемник, потом на Арину.

— Я все еще считаю, что бежать через мокрый канал было романтичнее.

— Канал закрыли, — сказал Тарвик, заталкивая в клетку сумку с документами.

— Романтика проиграла механике.

— А это точно выдержит? — спросила Мирена.

Магистр Олден провел ладонью по боковой пластине. Его перстень больше не светился. Без допуска Совета он выглядел почти беспомощным, и это странно меняло его лицо. Раньше на нем была уверенность человека системы. Теперь — тревога человека, который остался с голыми знаниями против той самой системы.

— Должно, — сказал он.

Ливия подняла брови.

— «Должно» — это не то слово, которое я хочу слышать перед тем, как полезть в железную клетку под Башней печатей.

— Другого выхода нет.

— Вот это слово еще хуже.

Арина стояла у входа в подъемник и чувствовала, как браслеты в сумке становятся теплее. Не зовут назад. Не предупреждают. Скорее ждут. Наверху, совсем близко, готовилось заседание Совета, где из нее уже написали удобную опасность. Женщина без крыльев. Нестабильная кровь. Бывшая жена, сорвавшая обряд. Воровка печатей. Причина магического отката.

Как быстро власть придумывает имена тем, кто перестает быть вещью.

— Если мы поднимемся туда, нас сразу увидят, — сказала Мирена.

— Да, — ответил Тарвик.

— И обвинят.

— Скорее всего.

— И попытаются забрать документы.

— Безусловно.

Ливия посмотрела на него.

— Вы специально говорите так, чтобы стало хуже?