Книга Развод с драконом. Невеста без права на крылья, страница 14 – Виолетта Весна

— Занавески нужны другие.

Арина сняла плащ.

— Мы здесь меньше часа.

— Тем более.

В первый час всегда видно, что нужно исправить.

Она говорила так уверенно, что Арина позволила себе сесть на край кровати.

Тело вдруг стало тяжелым.

Весь день она держала спину прямо. В зале. В доме Ровенхольдов. Перед Миреной. Перед Дамианом. В карете. Перед архивариусом. Теперь рядом была только Ливия, мокрый плащ, чужая кирпичная стена за окном и четыре ключа на ладони.

Арина выдохнула.

Не заплакала.

Слез все еще не было.

Ливия не спрашивала.

Она молча поставила чайник на маленькую плиту, достала из своей сумки сверток с хлебом и сыром, будто уход из дома драконов был не катастрофой, а неудобной поездкой.

— Откуда это? — спросила Арина.

— С кухни.

— Ты украла еду у Ровенхольдов?

— Нет. Я забрала ужин, который все равно готовили для вас.

Арина посмотрела на нее.

Ливия невозмутимо поправила рукав.

— К тому же вы восемь лет были женой лорда. Один кусок сыра дом переживет.

И Арина рассмеялась второй раз за день.

Тише.

Мягче.

Почти по-настоящему.

Ночью она долго не могла уснуть.

Архив шумел иначе, чем дом Ровенхольдов. Здесь не было тяжелой родовой тишины, в которой каждый звук принадлежал старой власти. Здесь скрипели балки, шуршала бумага где-то за стенами, капала вода в водостоке, по лестнице иногда проходил ночной сторож. Обычные звуки. Человеческие.

Ливия спала на узкой раскладной кушетке, которую нашла у смотрительницы. Дышала ровно. На стуле сохло ее платье.

Арина лежала на спине и смотрела в темноту.

Левое запястье снова начало гореть.

Она подняла руку.

В полумраке серебряная линия проступила отчетливее.

Она шла тонким полукольцом там, где раньше лежал браслет Ровенхольдов. Не болела. Не жгла. Скорее отзывалась на что-то далекое, будто под кожей натянули струну и кто-то осторожно коснулся ее на другом конце города.

Арина села.

Линия вспыхнула ярче.

В груди стало тесно.

Не от страха.

От ощущения, что где-то далеко — на северном уступе, за стенами дома, который больше не был ее домом, — что-то огромное проснулось от боли.

Она зажмурилась.

И услышала.

Не звук.

Не голос.

Скорее удар сердца, слишком большого для человеческой груди.

Раз.

Пауза.

Еще раз.

Потом — глухой, рваный хрип.

Арина схватилась за край кровати.

Перед глазами на миг вспыхнул каменный двор Ровенхольдов. Черный дождь. Раскрытые окна. Люди с фонарями. Дамиан на коленях посреди мокрых плит, одна рука упирается в землю, другая прижата к груди. За его спиной нет крыльев.

Только две темные рваные тени на камне.

Он пытается встать.

Не может.

Что-то серебряное сжимает его плечи, уходит под кожу, стягивает кости, не позволяя раскрыться тому, что должно было быть драконом.

Арина резко открыла глаза.

Комната архива.

Темнота.

Дождь за окном.

Ливия проснулась.

— Госпожа?

Арина сидела на кровати, тяжело дыша. Серебряная линия на запястье угасала.

— Что случилось?

Арина не ответила.

Потому что не знала.

И потому что в ту же минуту в дверь комнаты ударили.

Сильно.

Три раза.

Ливия вскочила, нащупывая подсвечник.

— Кто там?

За дверью раздался мужской голос:

— Послание из дома Ровенхольдов. Срочно.

Арина медленно опустила ноги на пол.

Запястье больше не светилось, но внутри все еще отдавался тот огромный рваный удар.