Книга Развод с драконом. Я вышла за его палача, страница 96 – Виолетта Весна

Он выдохнул, улыбнулся и обнял меня. Я спрятала лицо у него на груди. Слова были сказаны, и мне вдруг стало до слез жалко, что нельзя еще немного побыть в той секунде, когда он только спросил, а я уже знала ответ.

Мартен поцеловал меня в висок, потом в губы. Я потянула его ближе за воротник. Мимо проехала телега, возница окликнул лошадь. Я слышала это все и никак не хотела отпускать Мартена.

— Пойдем? — спросил он наконец.

— Подожди. Мне надо перестать плакать, а то Ян решит, что ты меня обидел.

Мартен достал платок. Я вытерла глаза, посмотрела на мокрый уголок и засмеялась.

Мы прошли еще немного. Я сказала, что хочу небольшое венчание, близких за столом и платье, в котором смогу сама сесть, никого не прося поднять шлейф. Мартен согласился со всем, кроме последнего.

— Я бы поднял.

— Знаю. Но мне хочется танцевать с тобой, а не смотреть, как ты носишь за мной ткань.

Яну рассказали на следующий день. Сын выслушал, держа в руках недоеденную грушу. Спросил, где будет венчание, сколько позовем людей и надо ли ему покупать новый камзол.

— Примерим тот, что есть, — сказала я. — Если тесен, купим.

Он надкусил грушу, задумался.

— А мне фамилию менять?

— Нет. Ты остаешься Яном Ларном. Я тоже оставлю свою — Рен.

Сын посмотрел на Мартена. Тот кивнул:

— Так мы и договорились.

— Хорошо, — сказал Ян. — Мне надо рисунок закончить.

Он ушел к себе. Я проводила его взглядом и села рядом с Мартеном. Тот обнял меня за плечи. Мы не стали звать сына обратно или спрашивать, рад ли он за нас.

Вечером Ян принес камзол. Рукава оказались коротки, запаса ткани внутри не хватало. Мы решили пойти к портному. Перед сном сын спросил, можно ли после свадьбы остаться у Фриды, и я обещала с ней договориться.

Венчание назначили на конец весны — через одиннадцать недель после нашей прогулки. Мартен согласовал свободные дни, а в храме у старого рынка нам предложили утро.

Следующие недели не были сплошным приготовлением к венчанию. Я закончила заказ, взяла другой, отказалась от третьего, потому что не успевала. Ян занимался, ходил с нами за покупками, иногда оставался у Фриды. Мартен уезжал и возвращался, точил инструменты, помогал мне переставить корзину поближе к свету. Зимой мы измерили сарай и запаслись дровами; теперь до вечера можно было не топить.

Брачные бумаги мы отнесли заблаговременно. Писец сверил свидетельство о разводе и дал перечитать условия. Мои средства оставались моими, дом Мартена принадлежал ему. Распоряжение о наследстве Яна не менялось.

Платье я выбирала долго.

В мастерской мне сначала предложили серебристую ткань. У лица она делала меня бледной; хозяйка уверяла, что при свечах будет иначе. Я попросила открыть ставню пошире. Потом приложила к груди отрез густого синего шелка и увидела в зеркале, как изменились глаза, как теплее стала казаться кожа.

— Этот, — сказала я.

Шелк был дорогой. Я пересчитала отложенные личные деньги и решила, что могу его купить. Платье заказала там же, у женщины, чью посадку лифа знала по работе. Попросила оставить достаточно свободы, чтобы поднимать руки, а на примерке обняла себя за плечи. Портниха засмеялась, но лишнего не забрала.

Кольца мы выбрали вместе. Мне понравилось гладкое, без камня. Мартен несколько раз сжал и разжал руку, примеряя свое. Я следила за этим движением, неожиданно смущаясь. Слишком хорошо знала тепло его рук, чтобы смотреть на них равнодушно.