Книга Развод с драконом. Я вышла за его палача, страница 46 – Виолетта Весна

На следующее утро Освальд назначил допрос на завтра, но просил ненадолго зайти и сегодня. Я пришла после обеда, когда Фрида вернулась от знакомой и могла остаться с Яном.

Освальд подвинул ко мне несколько листов.

Гердан жаловался на Мартена.

Я прочла первую страницу стоя. В ней говорилось, что коронный палач вмешался в дела семьи, вынудил меня выступить против мужа и использовал страх матери перед исполнением приказа. Ниже Гердан утверждал, будто сведения о ребенке были изменены ради моего расположения.

На второй странице упоминалось, что Роос бывает в доме Фриды Рен и остается к столу. В качестве свидетелей Гердан предлагал опросить привратника суда и одного из служащих лечебного двора.

Человек, который предлагал мне деньги за отказ от развода, теперь пересчитывал чужие ужины.

— Он написал это после ареста Лодера?

— Жалоба поступила вчера. Когда он начал ее составлять, я не знаю.

— Мартену уже сообщили?

— Да. Суд назначил проверку. На это время Роос не получает новые материалы по делу Канта и не передает документы между участниками расследования. Показания о его действиях собираем мы. Решение будет принимать судья, который не выдавал первоначальный приказ.

Я опустилась на стул.

— А охрана Яна?

— Остается. Ее несет городская стража по коронному распоряжению. Жалоба на Рооса этого распоряжения не отменяет. Лечение тоже продолжается.

Я прочла еще несколько строк. Там было написано, будто Мартен приказал мне подтвердить разумность ребенка, пообещав иначе немедленно приступить к казни.

— Этого не было, — сказала я. — Он спрашивал, как Ян отвечает на мои слова. Гердан стоял рядом. Он слышал.

— Завтра вы подробно расскажете о той встрече. Томас Грей даст свои показания отдельно. Мы проверим акт осмотра, время уведомления суда, опросим лекаря и других присутствовавших. Сейчас я хотел, чтобы вы понимали, о чем пойдет речь.

— Вы же видели Яна сами.

— В лечебном дворе. В Гроне при первом осмотре меня не было. Поэтому об этом я буду спрашивать тех, кто там находился.

Я забрала копию. На улице едва не повернула к дому Мартена: хотелось увидеть его, сказать, что я ничего подобного не утверждала. Но впереди был допрос. Я не хотела потом отделять то, что помнила сама, от того, что мы вспомнили бы вместе. Пошла домой и достала свою первую копию отсрочки.

Фрида прочла жалобу и долго молчала.

— Я могу сказать, когда вы впервые позвали его к столу, — произнесла она наконец. — И что происходило здесь. В замке меня не было.

— Я знаю. Тебя, наверное, тоже вызовут.

— Приду, — сказала Фрида.

Ночью я почти не спала. Боялась упустить слово, из-за которого Мартена смогут обвинить. Пыталась вспомнить его первые вопросы, а сама думала о том, как он смотрел на меня за ужином.

Утром я сказала Освальду, что не смогу повторить весь разговор дословно.

— Этого от вас не требуют. Укажите, что помните точно, а что передаете по смыслу.

Судебный писарь разложил листы. Меня попросили начать с приезда Мартена, не сверяясь с жалобой Гердана.

Я рассказала, где стояла. Что услышала шаги и решила не пропускать палача к сыну. Что Мартен потребовал открыть дверь для осмотра и предупредил отойти от створки.

— Вы испугались его требования? — спросил Освальд.

Мне очень хотелось сказать: нет, он сразу был спокоен и внимателен. Но у той двери я боялась его больше всех остальных.