Книга Развод? С удовольствием, мой дракон, страница 67 – Виолетта Весна

Сорна приподняла бровь.

— Я не спрашивала.

— Ты громко молчала.

— Где он?

— В соседней комнате. Варсо, Мирсана и половина Совета пытаются не дать ему встать и объявить, что императорское самочувствие — государственная тайна.

Ясна попыталась снова сесть.

— Мне нужно к нему.

— Тебе нужно лежать.

— Мама, я только что закрыла Раскол, получила какие-то пепельные крылья и пережила попытку сделать меня дверью. Не думаю, что одеяло теперь имеет надо мной власть.

— Одеяло — нет. Я — да.

Ясна посмотрела на неё.

— Ты правда хочешь начать наши отношения с приказов?

Сорна вздохнула.

— Нет. Не хочу.

Она помогла Ясне подняться.

Это было странно.

Больно.

Нежно.

Всё то, чего Ясна не позволяла себе хотеть слишком долго.

— Ты тоже должна многое объяснить, — сказала Ясна.

— Знаю.

— И извиниться.

— Знаю.

— Подробно.

— Запишу список.

— У меня уже есть.

Сорна рассмеялась, но глаза у неё были влажными.

— Хорошо.

Ясна, опираясь на руку матери, дошла до двери. Каждый шаг отдавался в спине тяжёлым пульсом. Но внутри было тихо. Впервые за много дней брачная печать не жгла, не тянула, не кричала.

Она посмотрела на запястье.

Печать изменилась.

Золото стало тоньше. Пепельная вязь переплелась с ним не как трещина, а как новый узор. В центре появился маленький знак: две ладони, не сцепленные, а раскрытые рядом.

— Что это? — спросила она.

Сорна посмотрела.

— Новая клятва ещё не дана, но место для неё появилось.

— Я не давала согласия на место.

— Магия иногда готовит комнату раньше гостей.

— Ненавижу, когда магия становится поэтичной.

В соседней комнате действительно спорили.

Голос Варсо звучал сухо:

— Ваше величество, если вы сейчас подниметесь, я лично распоряжусь привязать вас к креслу государственным указом.

Мирсана добавила:

— Я подпишу как свидетель.

Руфа сказала:

— А я принесу верёвку.

Таргель ответил глухо:

— Я должен увидеть её.

Ясна остановилась у приоткрытой двери.

Сердце сжалось.

Не от боли.

От того, что он сказал это не как император.

Как мужчина, который боится.

Она толкнула дверь.

— Верёвку оставьте, — сказала она. — В этом дворце она ещё пригодится.

Все обернулись.

Таргель сидел в кресле у окна, бледный до невозможности, с новой повязкой на груди и лицом человека, который собирался победить собственное тело силой упрямства. При виде Ясны он резко поднялся.

И тут же побледнел ещё сильнее.

— Сядь, — сказала Ясна.

— Ты

— Жива. Зла. Болит спина. Сядь.

Он сел.

Мирсана медленно улыбнулась.

— Какая власть. Я почти скучала.

— Вы плакали, пока я была без сознания? — спросила Ясна.

— Нет.

Руфа подняла руку.

— Один раз.

Мирсана метнула в неё взгляд.

— От дыма.

— Дыма не было.

— Руфа, вы всё ещё хотите место при императрице?

— Очень.

— Тогда будьте добры, врите лучше.

Ясна улыбнулась.

Потом посмотрела на Таргеля.

И всё остальное исчезло.

Он тоже смотрел только на неё.

В комнате было полно людей, но между ними вдруг стало тихо, как в той спальне после брачной бури.

— Ты вернулась, — сказал он.

— Я же обещала Руфе постараться.

— Мне не обещала.

— Ты бы поверил?

Он помолчал.

— Я бы хотел.

Простой ответ.

Без защиты.

Ясна подошла ближе. Таргель не протянул руку первым. Только смотрел, ожидая её выбора.

Она сама коснулась его плеча.

— Ты жив.

— Да.

— Глупый дракон.

— Вероятно.

— Очень глупый.