Книга Развод? С удовольствием, мой дракон, страница 23 – Виолетта Весна

— А если я найду правду?

— Тогда вернитесь живой. Я хочу услышать её первой.

Ясна кивнула и шагнула к лестнице.

Но Мирсана вдруг схватила её за руку.

— И ещё.

— Что?

— Если встретите Нэйра Ойрхана

Ясна нахмурилась.

— Брата Таргеля?

— Не верьте его улыбке.

— Почему?

Мирсана открыла рот, но в саду раздался резкий треск.

Обе обернулись.

У дальней стены стоял Таргель.

Чёрный силуэт между кипарисами.

Как кошмар, который слишком хорошо знал дорогу.

— Поздно, — прошептала Мирсана.

Ясна выдернула руку.

— Конечно, ты нашёл.

Таргель шёл к ней медленно.

— Ты думала, я не знаю проходы собственной крепости?

— Я надеялась, что твоя самоуверенность иногда отдыхает.

— Нет.

— Жаль.

Он остановился перед ней.

Мирсана отступила в сторону, но не ушла.

— Вернись, — сказал Таргель.

Ясна рассмеялась.

— Опять приказ?

— Просьба.

Она замолчала.

Слово было таким неожиданным, что на миг выбило из неё гнев.

Таргель смотрел на неё не как император.

Не как хозяин.

Как мужчина, который понял, что приказ больше не удержит ничего важного.

— Ясна, — сказал он тише. — Не уходи сейчас.

— Почему?

— Потому что я не знаю, кто ждёт тебя снаружи.

— А если я останусь, я не знаю, кто я внутри.

Он вздрогнул едва заметно.

Она увидела.

И это почти сломало её решимость.

Почти.

— Ты сказал, что наш брак — не брак.

— Я сказал неправильно.

— Как удобно.

— Я хотел сказать, что он начался не как брак.

— А теперь?

Тишина.

Чёрные розы шевелились от ветра.

Где-то вдалеке гремели шаги стражи.

Мирсана стояла неподвижно, как свидетель на казни.

Таргель сделал шаг ближе.

— Теперь я не знаю, как назвать то, что происходит, когда ты входишь в зал, и мне хочется одновременно запереть все двери, чтобы тебя не тронули, и открыть все, потому что ты задохнёшься рядом со мной.

Ясна не дышала.

— Плохое признание, — сказала она наконец.

— Я плох в признаниях.

— Заметно.

— Но я учусь.

Его рука поднялась, будто он хотел коснуться её лица.

Но остановилась в воздухе.

Не посмел.

И это было хуже любого прикосновения.

Ясна сама не поняла, почему сделала это.

Может, от злости.

Может, от боли.

Может, потому что слишком устала ненавидеть человека, который смотрел на неё так, будто уже потерял.

Она шагнула к нему, схватила за ворот камзола и поцеловала.

Таргель застыл.

Всего на одно мгновение.

Потом его рука легла ей на спину, другая — на затылок, и мир стал горячим, опасным, неправильным.

Поцелуй был не нежным.

Ни капли.

Это была ссора без слов. Упрёк. Обида. Желание. Вопрос, на который оба боялись ответа.

Пепельная печать на её запястье вспыхнула.

Таргель резко оторвался первым.

Его дыхание сбилось.

Глаза потемнели.

— Ясна

Она улыбнулась.

Почти зло.

— Не думай, что это согласие остаться.

И ударила пепельной вязью по каменному цветку.

Проход распахнулся шире.

Мирсана ахнула.

Таргель шагнул вперёд, но Ясна уже скользнула в темноту лестницы.

— Ясна!

Его голос догнал её внизу.

Она бежала, придерживая платье, сердце колотилось в горле, губы горели от поцелуя, а запястье — от брачной печати.

За спиной слышались шаги.

Он пойдёт за ней.

Конечно пойдёт.

Но Ясна уже не могла остановиться.

Лестница вывела её не к нижним улицам.

Она закончилась у круглой каменной площадки с тремя дверями.

На средней двери серым пеплом был нарисован знак, который она видела после яда и в чаше Семнадцатого Дыма.