Книга Костяное сердце Темного князя, страница 83 – Руслана Рэм

— Лавиния! — услышала я голос Демьяна. Совершенно чужое лицо, но его уже родная ухмылка. И походка — Демьян шел по-хищному плавно, не зря же он был ведьмаком — охотником на оборотней.

— Брат! — подыграла я, но искренне обняла его и Регину, а следом Илию и Малдора. Последним был Бирн. — Дорогие родственники! Вы так рано поднялись.

— Его величество приказало нам прибыть, как можно раньше, — пояснил Малдор, погладив меня по предплечью. — Чтобы успеть поздравить тебя.

Я закивала, пытаясь сморгнуть слезы.

Неужели все получилось? И этот кошмар закончился?

Вскоре к нам подошел Эдерхард с Анкэлем. Они тоже были в черных дорогих одеждах. Мы поклонились нашему королю, но Эдер вальяжно махнул рукой, а потом притянул меня к себе, уже совершенно никого не стесняясь, поцеловал.

Знать, собирающаяся к шествию, заохала и зашепталась, но я только обняла моего короля сердца крепче, не желая прекращать этот сладкий поцелуй.

Мы оторвались друг от друга, только когда Анкэль громко кашлянул. Эдерхард выпрямился, продолжая прятать меня в своих объятиях.

— Скоро начнется шествие к Рубиновому Древу. Приготовьтесь, — приказал Эдер и укрыл меня плащом, двинувшись медленно в сторону красной тропы, что спускалась к королевскому саду. По краям стояли стражники с факелами, освещая дорогу к самому главному артефакту Аравэна.

Под ногами скрипел красный песок, и я смотрела на него, пытаясь представить образ Древа. Эдер не отпускал меня из объятий, придавая уверенности и сил, пока мы шли к тропе, откуда и начнется шествие.

Лишь у золотой линии на песке он остановился и медленно отошел от меня, подав свою руку.

Я моментально выпрямила спину, вздернула подбородок и позволила Анкэлю надеть на мою голову венок из золотых ветвей. Такой же красовался на голове Эдера.

Он посмотрел на меня и спросил лишь глазами: «Готова».

И я уверенно кивнула.

Мы шли по алой тропе под звуки литавр и колеблющиеся языки пламени факелов, что держали стражники. Свита тянулась темной рекой, держа в руках костяные маски. Аромат ладана и шалфея из курительниц жрецов Рубинового Древа стелился белым дымом, отпугивая насекомых и мелких духов.

Каждый шаг казался бесконечным. Время растянулось.

И когда вся процессия достигла поляны с Древом, мое сердце колотилось так, словно я прошла несколько километров пути.

Нужно было успокоить разум. И сердце.

Впереди нас с Демьяном ждал самый важный этап.

Поляна перед Рубиновым Древом дышала магией, словно само время замерло, чтобы стать свидетелем ритуала. Воздух был густ от аромата дымящихся благовоний — смесь полыни, ладана и чего-то нездешнего, металлического. Или так пахла магия родов, ведь здесь собралось столько много знати.

Лепестки, усыпавшие землю, не были цветами: это были осколки рубиновой крошки, искрящиеся под лучами солнца Аравэна. Королевский двор, замерший в полукруге, напоминал статуи из живых теней. Их маски-личины, вырезанные из кости диких животных, отражали не лица, а символы — зверей, стихий, звезд. Но даже сквозь эти застывшие гримасы я чувствовала их взгляды: холодные, оценивающие, смиренно подчиняющиеся воле своего короля.

Эдерхард стоял у подножия Древа, и казалось, будто дерево и король были частями одного целого. Ветви Древа, острые как клинки, пронзали небо, а в их прожилках пульсировали золотые жилы древних клятв. Каждый правитель Аравэна оставлял здесь свой рубин — каплю крови, застывшую в вечности. Теперь очередь была за мной, как за Девой-Победительницей.