Книга Костяное сердце Темного князя, страница 68 – Руслана Рэм

— Ваша чертова магия уже всех достала, Исмэй! Вам нужно запретить ее использовать! Иначе невозможно будет хранить секреты. Да, это спектакль, чтобы создать проблем лорду Олдерону и его подопечной. Говорят, что она протеже короля, а не просто какая-то девица из деревни. Я буду писать нашему советнику, лорду Вайсу, чтобы он устроил проблемы вашему роду, а вы вылетели после Третьего тура с позором.

Все это лорд Гуар прошипел, провыл, покраснев от злости, но не смог удержать в себе.

Бирн громко захохотал.

— Я вас расстрою, лорд Гуар, но у леди Исмэй самая обыкновенная магия материи, стекло, знаете ли, действует не на всех. Оно преломляет магию только внутри мутного и поганого мага. Такова особенность любого стекла. В «чистом воздухе» и преломлять нечего.

Это было настолько грубо, что я не удержалась от восхищенного вдоха. Как и леди Исмэй стрельнула пронзительным взглядом в Бирна и улыбнулась.

Лорд Гуар зажевал свою за перчатку, чтобы не сказать лишнего — итак наговорил достаточно.

— Что ж, я услышал достаточно, — голос у говорившего был низкий и властный.

А еще очень знакомый.

Все обернулись и сразу же склонились в поклоне, только я замешкалась, увидев любимое лицо — Эдер замер на мне тяжелым взглядом, и тот вмиг потеплел. Он почувствовал меня моментально, словно и не было на мне никакой чужой личины.

Я поклонилась, а король Аравэна продолжил говорить:

— Так как в магический контур уже внесены все участницы, исключить вашу подопечную, Гуар, я не смогу, но не ждите от меня добрых пожеланий. Остальным же пожелаю сильного духа. Раз я заявил свою кандидатуру, как приз, то открыть эти игры должен сам. Заодно и познакомлюсь со всеми участницами. Мои помощники скоро накроют праздничный обед, а вечером начнется Охота. Советую больше не устраивать спектаклей.

Эдерхард махнул рукой с массивным перстнем, давая сигнал своим верным слугам, а сам направился к неприметному военному шатру. Лишь на одно мгновение, проходя мимо меня, он взглянул в мою сторону и слегка улыбнулся, буквально слегка приподнял краешек губ, но мне было достаточно и этого, чтобы ощутить разливающееся тепло на сердце.

Все проводили короля Аравэна в молчаливом поклоне и только когда он скрылся в своем шатре, советники ожили.

— Я этого не забуду, Олдерон, — проговорил с неприятной обидой советник Кирстин.

— Как видите, слухи про то, что моя Лавиния — протеже короля, изрядно преувеличены, так что я не понимаю, что вы собираетесь мне не забывать, Гуар. Пожалуй, это мы все не забудем вам тот беспорядок, который вы решили учинить перед стартом Охоты. Не путайте священную игру с вашими придворными кознями, здесь не место глупым играм за влияние.

— Как вы заговорили, Олдерон. А сами приперлись сюда не жену ли себе искать из Охотниц? На светские рауты вас уже никто из-за вашего поганого характера не приглашает, так вы решили таким путем пойти?

— Я, как истинный вассал короля, посещаю только королевские праздники, Гуар, и вам об этом прекрасно известно. С разной возомнившей себя высокими родами шушерой я не якшаюсь.

Ох, это был удар ниже пояса, потому что в книгах аббатства мне открылись и все генеалогические древа высоких родов королевства, и было их не так и много. Вот род Олдерон, например, был, а Гуар — нет. Так что Бирн проехался по самолюбию этого лордика, как бульдозер по насыпи песка. Теперь точно надо быть начеку и с ним, и с этой Кирстин.