Книга Ненужная третья жена дракона-архимага, страница 62 – Юлий Люцифер

Лиорель, узнав, сколько я заплатила, велела показать расписку. Прочла, вернула и ничего не сказала о цене. Севрина спросила, далеко ли идти. Я ответила, что минут двадцать, и пообещала написать Элиану новый адрес крупно, чтобы он мог найти улицу на городской карте.

На следующий день мои вещи перевезли. Я приняла ящик, проверила стекла, разложила инструменты и обнаружила, что впервые за последнее время точно знала, чем хочу заняться до вечера.

Мастер починил засов, трубочист закончил работу. Хранитель устроился у переднего окна, откуда был виден вход и поворот во двор. Я поставила ему стул и занялась столом.

Переплетчик из соседней лавки пришел, когда я затягивала крепление тисков. Подождал у открытой двери, пока я подниму голову.

— Мне хозяйка сказала, вы талисманы чините.

— Чиню. Что у вас?

Он развернул полотенце. Внутри лежала медная подставка с небольшим греющим камнем: на таких держали клей, чтобы тот не застывал во время работы.

— То холодная, то палец не приложишь. Человек делал хороший, служила лет восемь.

Я осмотрела обратную сторону. Нить у крепления истерлась, а подвижная пластинка, которая ограничивала нагрев, стояла криво.

— Роняли?

— Сын уронил. Я ему сказал, не трогай, он все равно полез.

— Сколько сыну?

— Двадцать семь.

Я подняла на него глаза. Переплетчик невесело усмехнулся.

— Иногда и в этом возрасте приходится говорить.

Мы договорились о цене. Он собирался забрать подставку через три дня: пока пользовался второй, взятой у знакомого. Я записала заказ и дала ему отрывной листок с датой.

Работа была знакомая. Я сняла крепление, очистила место разрыва и заменяла нить так спокойно, что почти забыла о пластинке под платьем. Ограничитель слегка давил, когда я наклонялась, но не нагревался. Нерис проверила его еще утром.

Проба сразу показала, что я ошиблась.

Камень нагревал край подставки сильнее середины. Я убрала питание, дождалась, пока медь остынет, и раскрыла оправу. Ограничивающую пластинку я поставила обратной стороной.

Посидела, глядя на нее, потом сняла увеличительное стекло. Я попыталась объяснить себе ошибку непривычным столом и плохим светом. Свет был хороший. Я просто устала и слишком рано решила, что уже могу работать как прежде.

Пришлось распустить новое соединение. Короткий кусок серебряной нити пошел в обрезки, а я отложила щипцы и поела. Вернулась к столу только через час. Поставила пластинку правильно, записала, что перед выдачей нужны еще две проверки, и накрыла заказ чистой тканью.

К вечеру хранитель принес записку из своей службы. В приемной меня ждала Тиада Таль.

Я перечитала имя. Потом встала так резко, что стул отъехал к стене.

Тетя сидела на скамье возле приемного окна. На коленях держала дорожную сумку, а рядом стоял туго перевязанный сверток. На носу у нее был след от очков, волосы выбились из-под шляпы. Увидев меня, она поднялась и не сразу смогла распрямить спину.

— Вот ты где.

Я обняла ее. Сумка оказалась между нами, жесткая пряжка упиралась мне в животе. Тетя попыталась поставить ее на скамью, я отпустила на мгновение и снова вцепилась ей в плечи.

— Ну, дай хоть шляпу снять, — сказала она мне в волосы.

Я отступила, вытерла лицо. Тиада сняла шляпу, посмотрела на меня и погладила по щеке.

— Похудела. Пойдем, покажешь, где живешь.