Онлайн книга «Изменил? Пожалеешь!»
|
Я задерживаюсь в туалете, меняя прокладку и поправляя одежду. И вдруг услышала голоса. В переговорную комнату кто-то зашел. В отсутствие хозяина! И как минимум этот «кто-то» знал секретный код от двери! Прятаться в маленьком помещении негде. Я встаю в угол у двери, рядом с полотенцесушителем, — так, чтобы при открывании створки меня не сразу увидели. И прикрываюсь полотенцем. Человеческий взгляд автоматически распознает лица, он видит их даже в облаках. Полотенце может сбить с толку, особенно, если боковое зрение не развито. Обычно взгляд человека устремлен вперед. — Давай быстрее, у нас мало времени. Туалет и душевую проверь! — услышала я голос Риммы и нажала заветные кнопки мобильника. Запись пошла. Стук открываемых и закрываемых дверей. «Меня тут нет! — транслирую я мирозданию. — Я прикинулась ветошью». — Никого! — слышу голос мужа. И выдыхаю. Лёва всегда был невнимательным к таким мелочам, как жена. И одновременно досадую: быстро же он выбрался из дома. Без мобильника, без денег и документов… Наверняка Римма за ним заехала, не получив от «племянника» утреннего отчета. — Диктофон спрячь в диван, — говорит рыжая, — а камеры… они крохотные, как мушки. Вон туда! А вторую над столом к люстре прикрепи. Велимир наверняка ночью сбежит из больницы и проведет совещание с замами перед подписанием контракта, я его знаю. И, как обычно, они будут заседать здесь. Мы увидим все секретные бумаги и чертежи, а дальше уже китайские спецы займутся. Что? Я зажимаю рот ладонью. Они собрались шпионить? Так вот какие у них совместные дела! Вот это мне повезло! Остается как-то выйти живой отсюда… — Любовь моя, нам это точно надо? — спрашивает Лев. Любовь? А как же Аня? — возмущаюсь я. И почему-то хочется дико ржать. С трудом давлю смешок. Мне даже уже не больно. Мне мерзко. — Точно! — резко бросает Римма. — Но зачем нам продавать промышленные секреты китайцам? Даже за миллион долларов. Это разовая сумма. Если Верховский отбросит коньки, мы станем тут хозяевами и будем иметь десятки миллионов. — И жить до смерти в этой долбанной дыре? Заниматься этим гребанным производством? Кто-нибудь все равно сговорится с китайцами и продаст им всё, что они захотят. И тогда, милый, мы прогорим, мы не сможем с ними конкурировать. Зачем мне этот геморрой? К тому же, мой чурбан еще крепок, выкарабкается и на этот раз. И сколько мне еще ждать удобного случая? — Раз он такой живучий, прикажи Машке добавлять ему в чай что-нибудь… для вкуса… Я так пугаюсь, что едва не роняю телефон. Ловлю, прижимаю к себе. Сердце пляшет джигу. Эти твари задумали не только ограбить, но и убить папу! Ну всё, им конец. Мачеха, словно услышав мои мысли, ярится. Но ее гнев вызывает вовсе не мысль об убийстве. — Идиот! — шипит она. — Чтобы эта хитрая мышь сдала меня вместе с веществом? Я ей не настолько доверяю! Я прекрасно вижу, как эта дура смотрит на Велю, словно мечтает сметить меня в его спальне и особняке. С ее-то рожей! — Элеутеррокок вполне легальное вещество. Скажешь Маше — для повышения потенции. Ладно, не злись. Ты умная, что-нибудь придумаешь, — примирительно мурлычет муж. — Сколько можно встречаться урывками? Я с ума схожу, Рыжик. Я тебя всегда хочу! — Недолго осталось ждать, если ты все сделаешь правильно. |