Книга Изменил? Пожалеешь!, страница 16 – Ирма Искра

И кошелек мужа тоже неплохо в порядок привести. Банковские карты и пачку купюр разрезаю ножницами и складываю обратно.

И его мобильник, так непредусмотрительно оставленный на журнальном столике у диванчика. Царапаю ножницами симки. Теперь ему и такси не вызвать, и своей «тетушке» не позвонить.

И его паспорт прячу туда, где он в жизни не найдет — под чехол гладильной доски. Рубашки ему всегда я гладила, он даже не знает, где стоит утюг.

Подготовка занимает не больше минуты.

На обратном пути останавливаюсь у спальни. Приоткрываю дверь. Так и есть. Опять порнушка. Покажи акуле палец, она его с головой откусит.

— М-м-м… — стонет бывшая подруга под моим мужем. — Еще! Скажи, что ты меня любишь!

— Люблю, сладкая, люблю. Но аборт сделаешь. Сегодня же. Римма права, рано еще нам детей заводить. Да и меня папашка Верховцев постарается уволить. На что тогда ребенка содержать?

— Как скажешь, любимый.

— Ух-ух… хорошо… Повернись на живот, мой львенок уже соскучился по твоей попке.

Иду в ванную, набираю воды в ведро, сыплю лед из холодильника и, пинком распахнув дверь спальни, выплескиваю на любовников.

— Иииии! — визжит Анька.

— Блааааа! — орет муж.

— С добрым утром! — Размахнувшись, опускаю пустое ведро на голову Лёвы. Жаль, что пластиковое.

— С ума сошла? — визжат оба.

Я складываю руки на груди и смотрю свысока на этих конченых. В груди вместо боли рождается такая ярость и ненависть, что меня слегка потряхивает. Наклоняюсь и швыряю скомканное платье в Аньку.

— Одевайся, — рычу. — Я сама отвезу тебя в больницу.

— Даюшка, я все объясню… — муж садится на кровати, пытается поймать меня за руку, но я пинаю его, целясь в пах. Он откатывается на кровати, и я попадаю по колену. Жаль, голой ногой.

Муж подскакивает и с воплем: «Кошка бешеная!» пытается меня поймать и скрутить. Трещит ткань халата — я выворачиваюсь из его хватки.

— Не смей меня бить! — кричу. — Убери руки, скотина!

И кулаком бью его в нос, со всей силы. Получай, херувимчик!

И, не дожидаясь, когда мерзавец озвереет и забудет, чья я дочь и ради каких плюшек он на мне женился, выхватываю из кармана халата электрошокер и, ткнув не глядя в его мокрое голое тело, жму кнопку.

Вода хорошо проводит электричество, это я помню еще со школы.

— А-а-а-а! — тонко воет муж и катается по полу, сжавшись и держась за пах.

О, неужели я попала, куда надо? Спасибо тебе, Боженька, направил мою руку!

— Лёвочка, Лёва, что эта гадина с тобой сделала? — так и не одевшаяся Аня размахивает платьем и кидается на меня, но я выставляю перед собой шокер. Бывшая подруга останавливается и смотрит с лютой ненавистью. — Ты его покалечила!

— Надеюсь, этот кобель станет евнухом. — презрительно кривлюсь я. — Ты еще не оделась? Скоро за тобой Римма примчится. Ты ее ждешь? Поверь, она организует тебе осложнение после операции. Какое-нибудь маточное кровотечение и бесплодие. Уже никогда детей не будет. Если выживешь. Этого хочешь?

Суженные в щелки глаза Ани распахиваются.

— Зачем это ей? — лепечет она.

— А зачем ей убивать твоего ребенка? Три с половиной месяца он не мешал твоему любовнику, а вчера, когда о нем узнала моя мачеха, вдруг помешал? Мозги включи. Или моими пользуйся, раз своих нет. Римма всегда своего добивается, а в качестве родственницы ты ее не устраиваешь. Если сама не оставишь Лёву, эта женщина сделает так, что твоя жизнь превратится в сплошной больничный.