Книга Соблазн для вожака, страница 100 – Ирма Искра

Но их оказался всего десятка два. Добившись того, что боевики затихли и забыли о Риайне, крылатые зверьки устремились к центру зала, где спускался с потолка темно-синий вымпел «Звезного ветра», свились в плотный смерч и… слепились в темную фигуру Кимора.

Так вот как преображаются демоны клана Летучих мышей! Один — в десятки зубастых существ! Опаснейший противник. Вездесущий. Со зрением в триста шестьдесят градусов и способностью боя со всех сторон.

— Спасибо, тхет Кимор, — поблагодарил ректор и перешел к делу, словно и не было бури. — Пока еще мрийта… Гвен. Мы учтем твое свидетельство против старшего ученика Риайна и проведем разбирательство.

Деканы согласно кивнули. А что им еще осталось после такого бунта?

— Тхет Риайн, — продолжил ректор, — сдай звезду куратора своему декану. С этого момента статус куратора над «Звездным ветром» и другими семерками с тебя снят. Так как нарушение кодекса тхета было допущено неоднократно, наше решение о дополнительном наказании будет объявлено завтра утром. Все свободны, кроме Гвен.

Звук третьего гонга, как точка.

Взгляд Риайна, полный ненависти, брошенный на меня, обещавший, что моя расплата не за горами. Ага, жду.

И еще более черный, кипящий злобой взгляд кронпринц устремил на Арена.

И встречный взгляд — спокойный, уверенный, твердый, как удар кувалды.

Жаль, что именно я оказалась гвоздем, который эта кувалда забила в авторитет наследника императора.

— Идем, девочка, — ректор Михвир мягко взял меня за локоть и повел на выход, к лестнице для преподавательского состава.

Я оглянулась. Ученики боевой школы расходились, оживленно переговариваясь. Бер уходил под ручку с полусуккубой, парни следовали в шаге от командира. И только Арен стоял, как одинокая скала в океане, и, сжав кулаки и подняв голову, смотрел на меня.

Богиня, у меня появилось острое и вполне определенное желание.

Когда я стану главой клана Юй, хочу, чтобы этот мужчина был в моем гареме.

Пусть даже не наложником, а мужем. Или даже главным мужем.

Только что-то подсказывало, что боевик вряд ли согласится на такую почетную роль. Как печально.

Ректор вывел меня на первый этаж, поделенный на фойе и кабинеты приемной комиссии. Тут я уже была сегодня утром, полная надежд, наивности и уверенности в своих силах. Теперь кажется, это была другая девушка, не я. Та девушка всю жизнь была для матери и подданных центром вселенной. Я куда скромнее.

По боковой лестнице мы поднялись на второй этаж и, миновав огромный парадный зал для торжеств, прошли в административную часть главного здания. Здесь царила абсолютная тишина, шаги гасились роскошным ковром со светящимся ворсом на указателях, где какой кабинет. Деканат. Бухгалтерия. Ректорат.

Глава академии прошел мимо!

На двери, перед которой он остановился, никакого указателя не было. Ни напольного, ни настенного.

— Нам сюда, Гвен. Или все-таки Лей? — Не получив от меня никакой реакции, оборотень отступил. — Ладно, уже неважно. Здесь апартаменты для почетных гостей боевой академии.

За дверью оказался роскошный гостиничный номер!

— Это как-то слишком, мэтр, — заскромничала я, жадно, как полагается простой стражнице, разглядывая недоступную роскошь.

— Знаю. Но у нас мужская школа, отдельных комнат для девушек не имеется. Не в моем же кабинете тебе ночевать. Слухов мне бояться не нужно, но это будет нарушением кодекса. Преподавателям и администрации запрещено оставлять у себя на ночь женщин. Так что, располагайся, чувствуй себя, как дома. Думаю, император не обидится, даже если узнает, что в его любимых покоях ночевала безвестная теневичка.